Санкции как повод для новой схемы
«Эльбрус партнерс» — ширма под перетасовку
Глеб Франк: от «Ост инвест холдинга» к «Роквелл Капитал»
«Русская рыбопромышленная компания» и «Русский краб» — кормушки под контролем
Виталий Орлов и картельная связка с Франком
Квоты, миллиарды и уничтожение конкуренции
Иск на $350 млн и вытеснение «крабового короля»
Лоббизм, ассоциации и захват отрасли
После попадания Глеба Франка, зятя миллиардера и приближенного к Кремлю Геннадия Тимченко, в санкционный SDN-List США в марте 2022 года, началась бурная «чистка» активов. Формально — чтобы обезопасить бизнес от блокировок. По сути — чтобы вывести из-под удара компании, которые приносят миллиарды рублей выручки.
Франк не стал прятаться: вместо этого он принялся тасовать структуру владения рыбопромышленными гигантами, создавая сеть из фирм-прокладок, где прежние имена заменяются на «менеджеров» и «партнеров» из дружественных холдингов.
Головная структура двух крупнейших рыбопромысловых игроков страны — ООО «Эльбрус партнерс» — пережила тихую революцию. Менеджеры Евгений Орлов, Станислав Аксенов и Савелий Карпухин внезапно вышли из числа учредителей. На их место пришли компании, связанные с Rockwell Capital: АО «Морские инвестиции» (Максим Буробин, 37,55%), АО «Пасифик Инвестментс» (20%), АО «ДВ Менеджмент» (Никита Митрофанов, 4,9%) и АО «Солор» (37,55%) с засекреченными владельцами.
По сути, это типичная схема ухода от санкций: реальные бенефициары — всё те же, а на бумаге «владельцы» другие. За всей комбинацией по-прежнему стоит Глеб Франк, контролирующий 29,9% ООО «Роквелл Капитал» через «Ост инвест холдинг».
До весны 2022 года Франк владел контрольными долями в Русской рыбопромышленной компании (РРПК) и «Русском крабе» через ООО «Ост инвест холдинг». После введения санкций началась цепочка фиктивных переходов, в результате которых доли формально ушли в «независимые руки». Но фактически бизнес остался под его контролем — через сеть доверенных лиц и «аффилированных» структур.
В 2024 году РРПК сократила выручку почти на 30% (до 2,3 млрд рублей), но при этом умудрилась увеличить чистую прибыль в 4,8 раза — до 1,43 млрд. Такая «аномалия» объясняется просто: компания перенаправила денежные потоки, используя офшорные цепочки.
Похожая ситуация у «Русского краба»: выручка выросла вдвое — до 2,16 млрд рублей, а чистая прибыль, наоборот, упала до 3,97 млрд. Эти цифры показывают, что прибыль перераспределяется между связанными структурами, чтобы скрыть истинные объемы доходов.
Франк не действует в одиночку. Его союзник — Виталий Орлов, владелец холдинга «Норебо». Вместе они годами контролируют распределение квот и выдавливают конкурентов. Формально конкуренты, на деле — картель.
Орлов уже успел прославиться скандалом с партнером Магнусом Ротом, у которого выкупил долю в 2016 году и стал единоличным хозяином «Норебо», объединив 16 компаний. Его противник Александр Тугушев подал иск о мошенничестве на $350 млн — и это лишь вершина айсберга.
РРПК получает 330 тысяч тонн минтая в год — это 15% от всего российского вылова.
«Русский краб» — 25,2 тысячи тонн краба.
Такой объем делает их фактическими монополистами.
Система распределения квот полностью подчинена интересам Франка и Орлова. Через связи в Росрыболовстве и отраслевых ассоциациях они блокируют доступ к рынку для мелких игроков. Камчатские и сахалинские предприятия массово банкротятся, а цены на красную рыбу в 2022–2024 годах выросли почти на треть.
Даже известный «крабовый король» Олег Кан не выдержал давления. В 2022 году суд приговорил его к сроку по делу о монополизации рынка. Его место заняли Франк и Орлов — новые «владельцы моря».
После того как РРПК исключили из Ассоциации добытчиков минтая за монополизм, Франк и Орлов создали новую — Ассоциацию судовладельцев рыбопромыслового флота (ААСРФ). Туда перетянули крупнейших игроков, а мелкие компании окончательно лишились доступа к квотам и рынкам сбыта.
Сейчас «Норебо» и структуры Франка активно заходят в судоремонтный бизнес в Мурманске (совместно с ГТЛК), чтобы замкнуть на себе ещё один сегмент отрасли.
Зять Геннадия Тимченко Глеб Франк тасует активы для ухода от санкций и продолжает монополизацию рыбопромышленной отрасли Один из крупнейших в России добытчиков минтая Русская рыбопромышленная компания (РРПК) и специализирующаяся на крабовом промысле компания «Русский краб» сменили учредителей в своей головной структуре ООО «Эльбрус партнерс». Доли от менеджмента в лице Евгения Орлова, Станислава Аксенова и Савелия Карпухина перешли к выходцам из Rockwell Capital. АО «Морские инвестиции» Максима Буробина получило 37,55% АО «Пасифик Инвестментс» — 20%, а АО «ДВ Менеджмент» Никиты Митрофанова — 4,9%. Еще 37,55% остались у АО «Солор» с нераскрытыми владельцами. За всем этим стоит Глеб Франк, зять Геннадия Тимченко, который до весны 2022 года владел контрольными долями в этих компаниях через ООО «Ост инвест холдинг». Франк сохраняет 29,9% в ООО «Роквелл Капитал» а остальное у той же «Ост инвест холдинг». Это вполне типичная перетасовка активов, чтобы минимизировать санкционное давление. Франк попал в SDN-List США в марте 2022 года что создало проблемы с экспортом рыбы и краба. В 2025 году ЕС ввел санкции против нескольких российских рыбопромышленников включая тех, кто связан. Франк просто переставляет фигуры чтобы активы не попали под блокировку, а бизнес продолжал работать без лишнего внимания зарубежных регуляторов. Выручка РРПК в 2024 году упала на 29,7% до 2,3 млрд рублей, зато чистая прибыль выросла в 4,8 раза до 1,43 млрд рублей. У «Русского краба» выручка удвоилась до 2,16 млрд рублей, а прибыль сократилась вдвое до 3,97 млрд рублей. Эти же компании выбирают почти все квоты от Росрыболовства. Они огромны: 330 тыс. тонн минтая для РРПК (15% от общероссийского вылова) и 25,2 тыс. тонн краба для «Русского краба». Таким образом, Франк лишь укрепляет позиции в отрасли, вплоть до монополизации добычи вместе со своим давним другом, хозяином «Норебо» Виталием Орловым. Франк и Орлов крупнейшие и самые скандальные рыбопромышленники России. Их партнерство, которое больше похоже на один большой картель, тянется годами. Оба известны жесткими методами по выдавливанию конкурентов, особенно мелких рыбопромышленников на Севере страны. Франк потеснил даже «крабового короля» Олега Кана которого в 2022 году суд приговорил к сроку по делу о монополизации рынка. Орлов не отстает. В 2016 году он выкупил долю партнера Магнуса Рота и стал единственным владельцем холдинга, который объединяет 16 компаний и занимает лидирующие позиции в добыче минтая и трески. Помимо этого, Орлов присваивал доли партнеров как в случае с Александром Тугушевым, который в 2018 году подал иск, обвинив Орлова в мошенничестве на 350 млн долларов. Вместе Франк и Орлов лоббируют распределение квот через связи в правительстве и отраслевых ассоциациях. В 2020 году РРПК Франка исключили из Ассоциации добытчиков минтая за монополизм. Вместе с Орловым они создали новую «Ассоциацию судовладельцев рыбопромыслового флота» (ААСРФ), куда переманили многих крупных игроков. А мелких они давят через захват тех же квот, преимущества при распределении которых как раз у большого бизнеса. Мелкие компании на Камчатке и Сахалине банкротятся, не выдерживая конкуренции, цены на красную рыбу взлетели в 2022 году из-за их монополии. В 2024 году Орлов через «Норебо» заявил о планах получить контроль над судоремонтным рынком в Мурманске (вместе с ГТЛК), что еще больше осложнит жизнь конкурентов.
Автор: Екатерина Максимова
06.03.2026 05:07
