Санкционная волна накрыла латвийский бизнес с российскими корнями. Местные компании спешно убирают русские имена из списков своих учредителей, и меняют управляющих с компрометирующим гражданством на людей с «правильными» фамилиями. По данным латвийского портала lsm.lv, за два месяца после начала спецоперации на Украине с регистрационного радара страны «пропали» 90 фирм, владельцами которых являлись российские граждане. А еще 40 исчезли из-за того, что «засветились» в качестве представителей или простых сотрудников.
Сливной бачок
Но это капля в огромном море, так в всего в латвийской юрисдикции действует около четырех тысяч корпораций с российскими корнями. Все-таки несмотря на сложную историю отношений России с Латвией, последняя слишком долго была реальным окном в мир для нескольких поколений советских и российских граждан.
Большинство из этих любителей выбрали Латвию вовсе не потому, что хотели выпить чашечку кофе на улицах Риги, закусив ее приятным на вкус круассаном. Латвия идеально походила на роль сливного бачка, где было удобно аккумулировать средства, выжатые из российских активов и госбюджета для их дальнейшей легализации в финансовой системе ЕС. Об этом свидетельствует и список первых «закрывшихся» компаний. Там фигурируют разные по своему формату и масштабам деятельности корпорации, но все они, так или иначе, выполняют роль пресловутого «окна».
В их числе оказалась корпорация Ultramar, которая, по данным латвийской прессы, специализируется на транспортировке удобрений в интересах Uralkali Trading - торгового подразделения одноименной российской корпорации, контролируемой Дмитрием Мазепиным.
Судя по информации, представленной на российском сайте, «Ультрамар» была основана в 2007 году, а уже к 2009 году построила и открыла в Санкт-Петербурге своей первый терминал по перегрузке минеральных удобрений из вагонов в контейнеры. В результате компания оказалась крупнейшим перевозчиком минеральных удобрений в контейнерах, а сейчас она строит крупнейший в регионе терминал по перевалке минеральных удобрений в Усть-Луге и промышленно-логистического парка в Вистино, которая пользуется поддержкой властей - федеральных, Ленинградской области и Сбербанка.
О том, что Ультрамар и Ultramar связаны, можно понять из того, что на российском сайте вскользь упоминается о наличии офиса в Риге. В реальности же речь, судя по всему, идет не просто об офисе, а о центре принятия стратегических решений. Это следует из того, что в августе 2020 года именно латвийское общество «Ультра Группа» выступило в роли собственника трех компаний: «Ультра Ферт», «Ультрамар Логистика» и «Восход Ультра», которые до этого фигурировали в качестве 100% российских дочек «Ультрамара».
Но при заключении кредитного договора в августе 2020 года со «Сбербанк Инвестментс Лимитед» (к слову, кипрской дочке Сбербанка) именно латвийская «Ультра Группа» выступила в роли залогодателя. И если для кипрского происхождения дочки Сбербанка еще можно придумать технико-финансовое объяснение, то выбор латвийской юрисдикции в качестве головной, имел другое, хотя и неочевидное объяснение.
Будапешт активно настаивает на скорейшем решении проблемы, связанной с остановкой Украины транзита по своей территории российской нефти компании «Лукойл».
Первые лица
Зато сейчас оно стало совершенно очевидным. Дело в том, что все нити управления компанией, затеявшей масштабные проекты в Ленинградской области, вели к Андрею Бонч-Бруевичу, которого обычно называли «первым лицом всей бизнес-конструкции». В прошедшем времени. Так как в настоящем времени Андрей Бонч-Бруевич в начале марта передал право собственности на латвийскую Ultramar своей жене Елене. Но это не просто семейная история, так как по факту владение и распоряжение российскими активами с обязательствами по экспортным поставкам перешло от российского гражданина Андрея к граждане Латвии Елене. Почувствуйте разницу. Последствия такой передачи могут быть самыми разными и очень неожиданными.
По другому, но не менее примечательному сценарию разворачивается история с активами другой латвийской компании - 4finance. Рожденная в 2008 году, 4finance была незаметной латвийской микрофинансовой организацией. Все изменилось в 2011 году, после того как у нее появился богатый спонсор. В этой роли выступил Олег Бойко, человек, которого молва и другие интернет-источники упорно связывают с «солнцевскими» (это связь началась после публикации в сети «Базы данных СБ Группы «Мост» - первой систематической утечке материалов, собранной в результате оперативной работы неизвестным кругом лиц). Бойко уже много лет постоянно борется в судах, требуя опровергнуть эту информацию и запретить поисковикам выдачу информации о том, как он одновременно финансировал уличных крепких парней и партию «Демократический выбор России».
Так или иначе, но из 90-х Олег Бойко вышел не просто живым, но и вполне респектабельным миллиардером, о планах развития которого регулярно и обстоятельно рассказывала российская франшиза Forbes. Тем не менее Бойко по странному стечению обстоятельств предпочитал инвестировать средства в компании, которые имели дело с большими потоками и движением наличных средств. Это обстоятельство, конечно же, не способствовало развеиванию слухов и нелепых подозрений о структуре и характере деловых связей Бойко в новых условиях. Так или иначе, нет ничего удивительного в том, что, заплатив за 4finance $70 млн, Бойко пообещал превратить «просто компанию» в мирового лидера кредитования наличными.
В полной мере этот проект реализовать не удалось. Зато в настоящее время 4finance именует себя одной из крупнейших в Европе групп по «цифровому потребительскому кредитованию».
Клуб знатоков
Прилагательное «цифровое» позволяет позиционировать компанию в качестве «пионера финтеха», а самого Бойко - ни много ни мало - в качестве венчурного инвестора.
Чудеса перевоплощения из банального ростовщика, раздающего займы по ставкам до 760% в архитектора техно-стартапов не мешали регуляторам разных стран время от времени сомневаться в репутации финансового гения. В 2015 году Банк Литвы - регулятор кредитных учреждения в стране - даже запретил международной финансовой группе 4finance Holding выдавать кредиты в принципе.
В России Олег Бойко чувствовал себя куда более вольготно, но в мае 2019 года его настигла карма. ЦБ счел неудовлетворительной деловую репутацию миллиардера.
Правда спустя чуть более месяца - в июне, снял свои претензии. Почти мгновенную по меркам финансового мира корректировку репутации Банк России объяснил изменением информации, которая ранее была предоставлена регулятору. Сколько сил, энергии и прочих затрат понадобилось миллиардеру для этого, так и осталось невыясненным.
Санкционную напасть Олега Бойко ликвидировать так оперативно не удалось. Видимо взвесив все за и против, финансист решил пойти другим путем. Изначально 4finance была оформлена на семейный траст, бенефициаром которого выступает мать бизнесмена Вера. С начала марта доля семьи Бойко сократилась с 49,05% до нуля.
В результате новой серии сделок у 4finance появились четыре новых миноритарных акционера, каждый из которых владеет менее 10% акций.
Главная интрига в этой истории состоит в том, что распродажу своей доли семья Бойко начала еще в конце прошлого года, а начало спецоперации лишь ускорило этот процесс. В этом нет ничего удивительного, если принять во внимание историю о специфическом характере связей миллиардера. В этих кругах водятся только инсайдеры, а все остальные покидают этот узкий клуб знатоков.
Была ли эта цепочка сделок чисто технической? Вряд ли. Иначе трудно объяснить внезапное возвращение Бойко в интернет публикациями его связей с все с той же группой хорошо организованных лиц. Суть этих публикаций сводится к обвинению миллиардера в исторических грехах, в частности к лоббированию посадки за решетку самого «Дона Симеона» - Семена Могилевича. Это история из далекого уже 2008 года, но зато она служит хорошим предупреждением.
Автор: Екатерина Максимова
10.01.2026 08:20
