Ещё год назад My.Games оценивалась в $3-5 млрд. Игры приносили треть выручки VK, но продажа этого направления была неизбежна, полагают опрошенные Forbes аналитики.

Вечером во вторник, 27 сентября, холдинг VK объявил о продаже 100% своего игрового подразделения My.Games за $642 млн. Ранее в этот день стало известно, что Apple удалила из магазина App Store приложения группы VK: «ВКонтакте», «Музыку», «Почту», «Новости», «Марусю» и другие.

Новым акционером My.Games стал управляющий партнёр венчурного фонда Leta Capital Александр Чачава, сообщила компания. Подразделение My.Games работало в основном на зарубежных рынках, разрабатывало и издавало игры для персональных компьютеров, консолей и мобильных устройств. В него также входит более десятка игровых студий разработки.

Среди наиболее известных проектов My.Games такие игры как World War 3, Skyforge, Perfect World и «Аллоды Онлайн». Всего у компании 160 проектов, 25 млн активных пользователей и 12 офисов по всему миру, где работают 2000 сотрудников.

Без My.Games компания VK продолжит развивать игровые проекты под брендом VK Play (включает магазин игр, облачный гейминг и др.), его руководителем станет Василий Магурян, который до этого был гендиректором My.Games.

Почему VK продал игры

Основная причина продажи My.Games заключается в реальной возможности потерять этот бизнес на фоне санкций и прочих ограничений, считает аналитик ИК «Велес Капитал» Артём Михайлин. По его словам, более 70% выручки игровое подразделение VK зарабатывает за рубежом и около 70% с мобильных игр. В случае если игры компании удаляют из магазинов приложений Apple и Google, то, по сути, VK теряет большую часть бизнеса, считает он.

Игры были одним из топовых направлений для VK, вторым по выручке после соцсетей и рекламы, подтверждает управляющий директор департамента по работе с акциями УК «Система Капитал» Константин Асатуров. За первое полугодие 2022 года выручка VK составила 63,4 млрд рублей, а выручка игрового направления чуть больше трети от этой сумму — 21,47 млрд рублей.

Продажа подразделения была единственно верным решением, так как приложения и различные сервисы VK, во-первых, уже блокируют в различных магазинах, во-вторых, в случае усиления санкций целевая аудитория может ещё больше поскуднеть, а в-третьих, текущие операционные сложности очень сильно затрудняют продажи на иностранных платформах, что критически важно для амбициозной гейминговой компании, считает он.

My.Games давно искала возможности стать более самостоятельной, в том числе через отдельный от VK бренд, рассказал Forbes управляющий партнёр венчурного фонда The Games Fund Илья Еремеев. После февраля компаниям с российскими корнями сильно затруднили как распространение игр, так и маркетинг — начались блокировки аккаунтов, запрет на использование сервисов Meta (признана экстремистской и запрещена в России), поэтому продажа актива была вопросом времени, отметил он.

При этом My.Games — не первая компания с госучастием, которая отказывается от игрового подразделения. В июне 2022 года «Сбер» объявил о закрытии своего игрового направления SberGames, но там по сути успели только укомплектовать команду, отметил Асатуров. А у VK игры являются многолетним бизнесом, который активно развивался, добавил он. «Несколько недель назад появились неоднозначно воспринятые инвесторами новости о том, что VK разрабатывает свой аналог Steam, но, видимо, компания пришла к выводу, что это направление надо развивать отдельно от основной группы», — полагает управляющий директор департамента по работе с акциями УК «Система Капитал». По его мнению, разумное решение приняла студия разработки игр Nexters, разделив бизнес: сейчас у неё есть юрлицо в России и на Кипре, что позволяет без больших рисков работать на разные аудитории. My.Games может быть необходимо создать юрлицо за рубежом для издательства игр, рассуждает Асатуров. Даже если с компанией откажутся сотрудничать игроки из недружественных стран, у неё будет возможность работать с пользователями из Китая, Бразилии и других дружественных государств, что более чем оправдано, учитывая сильно развитую культуру гейминга и киберспорта в этих регионах, пояснил собеседник Forbes.

Как VK искала покупателя

Покупателя для My.Games холдинг VK начал искать в марте 2022 года, сообщало издание «Коммерсантъ». «Проблема в том, что My.Games — основной источник валютной выручки, а санкции, наложенные на гендиректора компании Владимира Кириенко, грозят вопросами со стороны зарубежных партнёров», — отмечал источник издания.

Руководство VK встречалось с крупнейшей китайской игровой студией Tencent Games и могло обсуждать вопрос продажи My.Games. В таком случае VK мог бы сохранить валютную выручку, создав «прокси-юрлицо»: партнёр будет владеть лицензиями на продажу игр, а сама разработка продолжится в России, писал «Коммерсантъ».

Всего на My.Games претендовало шесть покупателей, в том числе крупные арабские и азиатские фонды. VK обсуждал возможность передачи контроля над My.Games одному из китайских фондов в обмен на комиссию за реализацию их игр, рассказал Forbes источник, знакомый с деталями обсуждения.

Источник, близкий к сторонам сделки, рассказал, что Чачава приобрёл компанию с дисконтом: ещё в марте она оценивалась примерно в $1 млрд. При этом Чачава, возможно, использовал для сделки заемные средства и для развития актива может в дальнейшем привлекать сторонних инвесторов, считает он.

VK оставил себе ту часть игрового направления, которая не связана напрямую с разработкой собственных игр, а занимается дистрибуцией и сервисами, говорит собеседник Forbes. «Заниматься разработкой игр в России сейчас непросто и развивать игровой бизнес такого рода интереснее на международном рынке. Распространять игру отечественного производства за рубежом будет затруднительно», — рассказал источник, близкий к сторонам сделки.

Александр Чачава — не самый очевидный покупатель этого актива, считают опрошенные Forbes эксперты. Конечно, игровое подразделение VK могла бы приобрести китайская компания, например, Tencent, но M&A сейчас может быть неуместен в силу высокой неопределенности, считает Асатуров из «Системы Капитал». Кроме того, в том же Китае для гейминговых студий хватает своих проблем: сейчас ужесточается законодательство в части игр, что сильно бьёт по локальному рынку, добавил он. «Мы также не исключаем, что одним из условий сделки с VK был пункт о том, чтобы оставить ключевую разработку My.Games в России, что может быть очень важно для внутреннего рынка игр и как минимум для тех сотрудников, которые не готовы релоцироваться», — считает Асатуров. Кроме того, продолжает он, возможно, предложений от потенциальных покупателей банально было не так много.

В фонда Чачава не было достаточно денег для покупки My.Games, соответственно сейчас он может управлять дружественными активами, чтобы вывести их из-под санкционных рисков, считает источник Forbes в венчурной компании. Михайлин из ИК «Велес Капитал» согласен, что есть что сделка могла быть «специально сконструирована для вывода актива из-под санкций».

Объём первого фонда Leta Capital составлял $15 млн, второго — $50 млн, третьего — $100 млн, следует из информации на сайте компании. Среди портфельных проектов фонда такие стартапы как InDriver, Affise, Novakid, Qmarket и другие. В игры до этого момента Leta Capital не инвестировала. Чачава и представитель My.Games отказались от комментариев.

Справедлива ли стоимость My.Games

Цена сделки оправдана в текущих реалиях, хотя ещё в 2020-2021 годах игровое подразделение VK оценивалось рынком чуть ли не в $3-5 млрд, считает Асатуров из «Системы Капитал». Когда продают компанию, доход которой под угрозой, оценка, что естественно, сильно страдает, объясняет он стоимость актива.

«Объявленная цена, на наш взгляд низкая и составляет не более одной годовой выручки», — говорит аналитик ИК «Велес Капитал» Артём Михайлин. По его словам, при деконсолидации игр группа VK потеряет около 30% своей выручки и 20% EBITDA.

По данным «Коммерсанта», ещё недавно My.Games планировали продать с дисконтом в 40%, однако после удаления некоторых игр VK из App Store переговоры ускорились, и дисконт вырос до 60%.

Сумма в $642 млн — это очень низкая цена за такой большой холдинг, считает Еремеев из The Games Fund. Год назад за сопоставимую сумму в $600 млн издатель мобильных игр Playtika купил финскую компанию Reworks: это стартап с одной мобильной игрой, отметил он. «Огромные дисконты — очень мрачный сигнал для российских компаний», — заключил эксперт.