Банк перешел к жизни за счет "Татнефти".

По подсчетам международного агентства Fitch, доля кредитов с существенным риском в банке "Зенит" составляет 33%. А общая доля плохих кредитов – 189%, что превышает размер капитала почти в 2 раза. Банк "Зенит" поддерживается через "Татнефть" правительством Татарстана. Однако, на примере крушения "Татфондбанка", это может "Зенит" не спасти.

"Зенит" – второй по величине банк в Татарстане после "Ак Барс". Их объединяет то, что акционером обоих банков является государство в лице правительства Татарстана. Контроль осуществляется через компанию "Татнефть". А еще среди акционеров банков есть офшорные компании, что, наверное, позволяет выводить из банков деньги и проводить разного рода операции.

Был еще один банк с государственным участием – "Татфондбанк", у которого весной прошлого года отозвали лицензию. Его председатель правления Роберт Мусин признал свою вину, объявлен банкротом и находится под домашним арестом, который недавно был продлен до 16 ноября.

Ниточки от всех трех банков могут вести к бизнесмену Рустэму Магдееву, который, по слухам, обладает большими связями в ЦБ, правоохранительных органах и криминальных структурах. Злые языки называют его "кошельком" президента Татарстана Рустама Минниханова. Возможно, что через Магдеева между тремя банками прокручивались различные сомнительные схемы.

Трое в лодке, один выпал?

Официальный "рулевым" банковской системы Татарстана, вероятно, был Роберт Мусин. До 2013 г. он возглавлял банк "Ак Барс", а потом руководил одноименным холдингом. И одновременно являлся председателем правления "Татфондбанка". Владимир Сорокин, который сменил Мусина на посту в "Ак Барс" в свое время подчеркивал заслуги своего предшественника, так что, наверное, оба банка могли работать в тесной спайке.

Роберт Мусин до 2002 г. был министром финансов Татарстана. Ушел в отставку для того, чтобы объединить банки "Зенит" и "Ак Барс", был избран председателем совета директоров обоих банков. На то время "Татнефть" уже являлась одним из их акционеров. Однако объединение банков сорвалось.

Видимо оно не устраивало отца-основателя банка Алексея Соколова и акционера Владимира Лисина, владельца НДМК. Совместными усилиями Соколову и металлургическому королю удалось торпедировать предложение Роберта Мусина. А в 2005 г. "Татнефть" потеряла контрольный пакет "Зенита". И Мусин, видимо, сосредоточился на "Татфондбанке" и "Ак Барсе".

Роберт Мусин и Рустам Минниханов могли действовать заодно?

Банк "Зенит" долгое время находился в свободном плавании. И довольно успешно. В 2014 г. его прибыль составляла 1 млрд руб. Однако уже в 2015 г. только за первый квартал 2015 г. принес убытков на 2.8 млрд руб. В мае того же года скоропостижно скончался Алексей Соколов, который отдал банку 20 лет своей жизни. На отдыхе в Грузии у банкира внезапно остановилось сердце.

Могла ли его смерть быть неслучайной? Возможно, что кому-то в Татарстане не терпелось прибрать к рукам прибыльный московский банк? Его постоянно кредитовала "Татнефть", ее гендиректор Наиль Маганов в 2017г. стал председателем правления "Зенита". Спустя 11 лет нефтяная компания снова получила контроль над банком "Зенит". Не было ли это частью чьего-то плана?

После смерти Соколова "Зенит" покатился под гору. За 2015 г. убыток банка составил 11. 1 млрд руб., в 2016 г. –11.9 млрд руб. Возможно ли, что убытки банка были каким-о образом связаны с его кредитором, который мог попытаться отжать "Зенит"? В 2017 г. банк перешел под контроль "Татнефти". И новые акционеры сразу заявили о докапитализации банка на 14 млрд руб., а также о конвертации в его капитал субординированных займы от "Татнефти" на 9 млрд руб.

В конце 2016 г. начались проблемы у "Татфондбанка", а вместо его спасения при помощи "Татнефти" стали спасать банк "Зенит". И это наводит на мысль о том, что правительство Татарстана уже могло знать о том, что "Татфондбанк" не спасти. Неужели оно могло принимать участие в выводе активов из банка?

Ранее "Татнефть" потратила миллиарды рублей на спасение "Ак Барс". Возможно, что участь "Татфондбанка" была предрешена. И Рустам Минниханов, наверное, просто делал вид, что предпринимает усилия для его спасения. А вот для вероятных вливаний в "Зенит" и "Ак Барс" была проведена поистине "гениальная" сделка.

"Татнефть" купила у правительства 24.99% "Нижнекамскнефтехима" за 19 млрд руб., а потом продала его ТАИФ за 32 млрд руб. Разницы должно было хватить для спасения "Зенита" и "Ак Барс"? Самое интересное, что ТАИФ – компания с государственным участием.

Получается, что правительство Татарстана для спасения "Зенита" могло перемещать активы между своими же активами. И выжить татарстанские банки, видимо, могут только при помощи государственной поддержки. А значит, участь "Зенита" – незавидна. "Татфондбанк" кредитовал государственные компании, из которых могли выводиться деньги. И где он? Завтра может настать очередь "Зенита"?

"Зенит" не идет по плану?

На сегодняшний день "Татнефть" владеет 62% акций "Зенита", среди его акционеров есть и офшорные компании. И это наводит на мысль, что они для чего-то нужны банку. Банк – непрофильный актив для "Татнефти". И еще осенью прошлого года основной акционер заявил о своем намерении его продать. Только вот для потенциальных покупателей банк, видимо, выглядит не слишком привлекательно.

Игроки рынка понимают, что если банк уйдет с нефтяной иглы, то долго вряд ли просуществует. Пока "Татнефть" может накачивать банк для обеспечения привлекательных финансовых показателей для возможного покупателя. А кто знает, какие они на самом деле? Международное агентство Fitch просто так бросаться информацией не будет.

Наилю Маганову приходится крутиться на два фронта?

"Татнефть", видимо, поняла, что сплавить банк ей не удастся. Сейчас перед "Зенитом" поставлена следующая задача. В этом году "Зенит" должен получить прибыл 596 млн руб., в 2019 г. — 1,35 млрд руб., а 2020 г. — 5,6 млрд руб. Каким образом этого хотят достичь, непонятно. Будут, наверное, продолжать накачивать "Зенит"? Или вся стратегия развития банка – обычный пиар ход для его клиентов и инвесторов?

Вчера появилась информация, что банк "Зенит" планирует в начале 2019 г. присоединить к себе еще 4 банка: Липецккомбанк, банка "Зенит Сочи", татарстанский банк "Девон-Кредит", а также тульский Спиритбанк. Таким образом банк хочет увеличить свой капитал?

В первом полугодии банк потерял своих активов на сумму 10 млрд руб. А уже по итогам первого полугодия увеличил свою прибыль на 7 млрд руб. Что это за скачки? Откуда банк мог за три месяца взять 17 млрд руб.? Из него могли вывести деньги, а потом влить от "Татнефти"?

Доходность банка за полугодие упала по всем позициям в среднем на 50%. Откуда у банка может взяться прибыль?

Аналитики отмечают отрицательные тенденции по уровню мгновенной ликвидности, уровню текущей ликвидности, а также по доле просроченных ссуд и размерам крупных кредитных рисков. Почти ни один из коэффициентов достаточности капитала и ликвидности не соответствует требуемым значениям.

Банк "Зенит", по-видимому, решил пойти по пути "Татфондбанка" и кредитует предприятия своего акционера. Например, вчера дал выдал кредит предприятию ООО "П-Д Татнефть-Алабуга Стекловолокно" в размере 1 млрд руб. сроком на 4 года. А ведь ЦБ не рекомендует это делать. Да и сам "Зенит" утверждал, что даже в страшном сне "Татнефть" не может взять у него кредит. А дочернее предприятие может? Не является ли этот кредит замаскированным выводом денег?

Банковский эксперт Артур Шахов считает, что само существование такого банка как "Зенит" противоречит основным принципам банковского бизнеса: "Последние годы банк находился в глубоком кризисе. Три года – одни убытки. И вдруг после смены контролирующего акционера банк возрождается, как птица Феникс. Но не за счет эффективной работы банка, а благодаря постоянным вливаниям в него со стороны "Татнефти". Долго это будет продолжаться? Пока цена на нефть стабильные, наверное, банк будет на плаву. Но кредитное учреждение не должно зависеть от цен на нефть. Потому как, если произойдет их обвал, то банк без вливаний моментально может рухнуть".

Наверное, правительство Татарстана будет руками и ногами держаться за банки "Ак Барс" и "Зенит", которые входят в топ-50 российских банков. Только банки ли это? Возможно они – лишь финансовые инструменты, благодаря которым Рустэм Магдеев может обеспечивать и себе, и Рустаму Минниханову сладкую жизнь.