Как стало известно “Ъ”, защита фигурантов уголовных дел, связанных с региональной общественной организацией «Единые народные общинные товарищества» (известна как частная военная компания (ЧВК) «Е.Н.О.Т. корп.»), обратилась к председателю Следственного комитета России (СКР) Александру Бастрыкину с ходатайством о передаче расследования из Краснодара в Москву. Адвокаты мотивируют это тем, что, согласно выводам следствия, наиболее тяжкие преступления совершались именно в столице, здесь же проживает и большинство фигурантов расследования.

В ходатайстве, поданном на имя Александра Бастрыкина, а также отправленном для контроля генпрокурору Юрию Чайке, говорится, что изначально уголовное дело было возбуждено туапсинской полицией по факту вымогательства (ст. 163 УК РФ) у местного жителя Петра Супонева 300 тыс. руб. двумя «енотами». Впоследствии в это дело, переданное в следственное управление (СУ) СКР, попал Андрей Молокоедов — советник известного российского врача-патологоанатома, академика Михаила Пальцева. Последний попросил советника решить конфликт с соседом из-за строящегося дома на берегу Чёрного моря. А затем в расследование оказались втянуты с десяток человек, в том числе два московских чекиста. Причём господин Бастрыкин решил, что проводить расследование в их отношении должны не военные следователи, а гражданские из того же СУ СКР по Краснодарскому краю.

Адвокат Роберт Зиновьев, представляющий господина Молокоедова, отметил, что, согласно ст. 152 Уголовно-процессуального кодекса, если преступления совершены в разных местах, то по решению руководителя следственного органа расследование должно проводиться там, где совершено большинство преступлений или наиболее тяжкое из них. «Даже беглого взгляда на возбужденные и соединенные в одно производство уголовные дела достаточно, чтобы понять: ни одно из указанных оснований не позволяет вести расследование на Кубани»,— отметил господин Зиновьев. По его подсчетам, непосредственно края касаются три эпизода громкого дела: помимо вымогательства это незаконное лишение свободы (ст. 127 УК РФ) и нарушение неприкосновенности жилища (ст. 139 УК РФ), которые инкриминируются все тем же «енотам». При этом к Москве и области относятся ст. 210 и ст. 209 УК РФ, по которым чекисты обвиняются в организации преступного сообщества и банды. В свою очередь, участники этих формирований, полагает следствие, под видом оперативных мероприятий силовиков совершали разбойные нападения (ст. 162 УК РФ) на дома и офисы фигурантов других расследований, а также воровали (ст. 158 УК РФ) у них телефоны и оргтехнику.

Таким образом, на Краснодарский край пришлось по одному особо тяжкому, средней тяжести и небольшой тяжести преступлению. Тогда как только в Москве, по данным следствия, были совершены четыре особо тяжких преступления и одно тяжкое, отметил господин Зиновьев, полагающий, что расследование должно проводиться в столице ещё и потому, что в ней проживают большинство свидетелей и потерпевших от предполагаемых преступных посягательств.

Защита обвиняемых также отметила, что правоприменительная практика, в том числе следственных органов в Краснодарском крае, носит весьма «специфический характер». «Красноречивой» иллюстрацией этого они называют решение Южного окружного военного суда, освободившего из-под стражи одного из обвиняемых чекистов Александра Мрищука в связи с тем, что СУ СКР не было представлено никаких доказательств его причастности к преступной деятельности.