Следственный комитет и Генпрокуратура зарегистрировали их заявления о фальсификации экспертизы.

В целом, защита считает, что речь может идти о совершении следователями преступления по четырём статьям Уголовного кодекса. Кроме фальсификации доказательств и результатов оперативно-розыскной деятельности (статья 303), это также злоупотребление должностными полномочиями (статья 285), незаконное возбуждение уголовного дела (часть 3 статьи 299), пособничество в легализации денежных средств (часть 5 статьи 33 и статья 174.1).

Очевидно, что с экспертизой по этому скандальному делу с самого начала что-то было не так. Как отмечает привлеченный защитой судебный эксперт Пётр Леонов, государственные экспертные организации выполнять экспертизу по делу Черкалина почему-то отказались, а у привлеченного следователями эксперта не было необходимой профессиональной квалификации в области оценки бизнеса.

Впрочем, возможно и этот эксперт смог бы сложить дважды два, но следователи просто не дали ему такой возможности, утаив от него ряд значимых для дела и экспертизы документов. В распоряжении экспертов не поступило налоговой или бухгалтерской отчётности, кредитного договора с остатком долга в размере 1,9 миллиарда рублей, по которому были заложены и доли и активы компании и ряд других важных документов. Таким образом, поясняет Леонов, эксперты в принципе не могли оценить ни рыночную стоимость компании, ни ущерб, нанесенный так называемым потерпевшим и был ли он вообще.

«Следствие, располагая финансовой отчетностью компании, проводя обыски, выемки, запрашивая госорганы о проведенных компанией операциях, собирая регистрационные данные в налоговых органах, не передало экспертам по их запросам даже бухгалтерские балансы «Юрпромконсалтинга» для оценки рыночной стоимости его долей. При этом в ответ на запрос экспертов о предоставлении им этих документов следствие сообщило, что запрошенными документами оно не располагает, хотя достоверно известно обратное», — отмечает адвокат защиты Татьяна Лупандина.

По сути, из-за сокрытых следователями материалов, эксперты пришли к положительной стоимости долей «Юрпромконсалтинга», тогда как при учёте только одного долга по кредитному договору стоимость компании была бы уже отрицательной.

Кстати, не все просто и с потерпевшими. Так защита отмечает, что в число потерпевших каким-то образом следователи записали Игоря Ткача, который занимая различные должности на госслужбе, в частности, будучи руководителем управления экономической безопасности Правительства Москвы и главой Моснадзора, мог быть одним из бенефициаров 49% «Юрпромконсалтинга» лишь в нарушение закона. «Незаконное участие должностного лица в незаконной предпринимательской деятельности образует состав преступления, предусмотренный статьей 289 УК РФ», — отмечают адвокаты в своём заявлении главе СКР Бастрыкину. При этом бывший чиновник вместо того, чтобы самому находится под следствием, теперь вместе с партнёром предъявляет иск на возмещение 19 млрд рублей какой-то упущенной выгоды, в то время как курировал от лица города инвестиционный договор с Юрпромконсалтингом и не исполнял его, более того, после решения Правительства Москвы о расторжении договора и ничего не предпринимал в течение нескольких лет возврата аванса обществу. Чем и довёл его до дефолта и предбанкротного состояния. В отношении Игоря Ткача защитой также подано заявление о возбуждении уголовного дела по факту его признания в тайном владении и управлении рядом организаций в период его госслужбы, в том числе ООО «Экосток», который владел 49% долей ЮПК, но при этом который был брошен без сдачи отчетности сразу после продажи долей в ноябре 2011 года, не сдав даже отчетность за 2011 год. ФНС не имея возможности обанкротить её в 2012 году из-за отсутствия средств на процедуру банкротства исключила её просто из реестра юрлиц. И как бы от лица этой ликвидированной организации спустя 8 лет рождаются какие-то претензии бывшего чиновника о якобы упущенной им выгоде в результате разговора с Черкалиным в период нахождения им на госслужбе.

Учитывая, что дело по найденным у Черкалина 12 млрд рублей следователями даже не возбуждалось, при этом на основе сфальсифицированной экспертизы был сфабрикован ущерб, нанесенный незарегистрированным в установленном порядке тайным бенефициарам убыточного и прочно сидящему в долговой яме заложенного банку «Юрпромконсалтинга», создается впечатление, что вместе с Ткачем, они просто хотели переделить найденные у полковника ФСБ деньги, не полностью попавшие в бюджет.

По факту же все это дело построенное на нарушении самими следователями закона, если не развалится в будущих судебных процессах, которые будут рассматривать доказательства в общем порядке, то несомненно скомпрометирует и суд, и Следственный комитет, причём не только в глазах российского общества, но и на международном уровне. Не случайно Интерпол дважды отказал России в розыске Владимира Столяренко и Александра Бондаренко ввиду недостаточности оснований, если даже в России все специалисты-рецензенты, которые были привлечены защитой, включая заключение ФБУ Российский Федеральный центр судебной экспертизы Министерства Юстиции РФ, считают экспертизу следствия недостоверной, а результаты неверными.