Видный бизнесмен Константин Баринов, пока ещё владелец крупнейшей, хотя и не работающей солодовни, уже долгое время пытается спасти от многочисленных кредиторов заложенное имущество. Судя по всему, в процессе изматывающей борьбы за спасение активов Баринов столкнулся, помимо прочего, с не вполне обычными рисками, а именно — с рисками утраты самоидентификации и распада некогда целостной личности на конкурирующие сущности. К настоящему времени ситуация стала совсем критической.

Когда-то у Константина Баринова был партнёр — Андрей Манский. (Правда, иногда Баринов думает, что он есть у него до сих пор, а иногда думает иначе.) У них был общий бизнес, они вдвоем, в равных долях владели двумя предприятиями — ОАО «Дека» и ЗАО «Невский берег».

«Дека» является крупнейшим производителем кваса в России (выпускает, в частности, популярный квас «Никола»). А «Невский берег» должен был стать, по-видимому, крупнейшим производителем солода. Но не успел.

В 2009 году партнёры договорились о разделе совместного бизнеса. Согласно достигнутому соглашению солодовня полностью отходила Баринову, а бизнес «Деки» — его компаньону Манскому. Однако партнёры так и не успели окончательно договориться об условиях обмена акциями и формально структура собственности обеих компаний не изменилась.

Кроме того, партнёры — пока они были партнёрами не только де-юре — брали кредиты на развитие общего бизнеса. Когда бизнес быть общим перестал, возникли определенные сложности: например, в качестве залога по кредитам, выданным «Невскому берегу», использовались акции «Деки».

Между тем, к лету 2010 года солодовня Баринова доработалась до дефолта по всем обязательствам; алчные кредиторы выстроились в очередь с самыми дурными намерениями — вернуть деньги. «Дека» тем временем продолжала вовсю гнать квас и обслуживать кредиты. В такой ситуации Баринов, разумеется, не мог не вспомнить о том, что он партнёр Манского и вроде бы даже собственник половины акций предприятия.

Тут-то все и началось.

Попытки кредиторов реализовать залоги Константин Баринов объявил попытками рейдерского захвата и злонамеренным умыслом на преднамеренное банкротство.

15 сентября в газете «Коммерсант» Баринов на правах рекламы разместил об этом открытое письмо, выступив от своего имени, а заодно и от имени «своего партнёра» Манского. (Неблагодарный Манский, правда, поступка не оценил и от открытого письма публично открестился.)

Трогательная забота о партнёре и желание спасти его от вездесущих рейдеров не помешали одновременно публично обвинить того же самого партнёра в уголовщине. Баринов публично заявил, что Манский якобы похитил у него торговые марки «Никола» и «Большой квас». На всякий случай кем-то в ряд СМИ были одновременно разосланы анонимные письма, в которых Баринов был представлен как герой, борющийся с бывшим партнёром за справедливость, а также и за интересы Отечества.

Так целостность мироощущения бизнесмена Баринова дала первую трещину. Но это было лишь начало.

Тремя неделями позже гонимый владелец солодовни вновь выступил в печати с неподтвердившимся впоследствии сообщением о том, что кредиторы забрали себе 100 процентов акций «Деки», в том числе, соответственно, и акции Баринова.

Тем самым Баринов в очередной раз вообразил себя владельцем акций. Хотя действительность оказалась гораздо сложнее.

У Баринова прежде и в самом деле были акции.

Только он их продал.

Он их продал в конце 2009 года компании «Пелли-Краун». Единственным учредителем и директором ООО «Пелли-Краун» является некто Юрий Жарков.

Казалось бы, в таком случае ничто не связывает бизнесмена Баринова с ОАО «Дека». Но есть нюансы. Юрий Жарков является папой Татьяны Жарковой. Этот факт сам по себе ничего бы не значил, если бы Татьяна Жаркова не была женой Константина Баринова (а она как раз была!)

Думаете, все встало на свои места? Тем более, что Баринов продолжает входить в совет директоров многострадальной «Деки» именно в качестве представителя ООО «Пелли-Краун»?

Увы. Все сложнее.

Баринов находится в состоянии судебной тяжбы с указанной компанией. В сентябре он подал иск к «Пелли Краун» и, соответственно, к собственному тестю в петербургский арбитражный суд с требованием о возврате только что проданных акций, в связи с тем, что коварное ООО не выплатило ему причитающиеся средства в размере целых 100 тыс. рублей. Впрочем, как уже было отмечено выше, это не мешает истцу Баринову представлять интересы ответчика в совете директоров «Деки».

Справедливости ради следует сказать, что Баринов судится не только с тестем. С женой он судится тоже. И разводится с нею заодно ж. Для полноты картины жена Баринова, вышеупомянутая Татьяна Жаркова, судится с собственным папой, тем самым владельцем акций «Деки». Такая вот маленькая семейная война всех против всех. Согласитесь, даже постороннему читателю сложно уложить все это в голове. А каково же самому Баринову!

Впрочем, г-н Баринов зла не помнит и при подаче иска о разводе не предъявил супруге никаких имущественных претензий, попросив оставить ему только детей. Столь трогательное чадолюбие, вероятно, связано с тем, что все активы бизнесмена могут в любой момент отойти кредиторам, зато у Татьяны Жарковой они будут в полной сохранности — она по долгам бывшего мужа не ответчик. После этого у Баринова может произойти очередной перелом сознания, и он вновь воспылает к экс-супруге нежными чувствами. Как известно, милые бранятся — только тешатся.

Для справки.

В июле в Красносельский районный суд Бариновым подано исковое заявление о расторжении брака с супругой Жарковой Татьяной. Целью развода является вывод имущества на супругу и недопущение отторжения имущества по личным обязательствам Баринова. Развод является фиктивным, в настоящее время супруги продолжают совместное проживание в посёлке Комарово, в доме, заложенном в «Промсервисбанке» по кредиту в 85 000 000 руб.). Заявленное требование об определении места жительства детей с К. Бариновым направлено на сохранение прописки детей в данном адресе с последующим осложнением процедуры реализации залога «Промсервисбанком» и иными кредиторами Баринова.

Наверное, устремления бизнесмена Баринова изначально были просты, прозрачны и естественны. Скорее всего, он всего лишь хотел запутать кредиторов. Но задача решалась им с таким размахом, что не запутаться самому было совершенно невозможно. Ещё чуть-чуть — и мы увидим Константина Баринова, который судится сам с собой. А может — даже пишет на себя доносы…

Вся надежда на кредиторов. Если они заберут все лишнее, и биться дальше будет не за что — хочется верить, есть шанс на поправку.

Валентина Стенькина