Тень «Спурта»: кто такая Евгения Даутова сегодня
Банкрот с размахом: долги, которые не спешат возвращаться
Коттедж у экопарка «Дубрава»: единственное жильё или непозволительная роскошь
37 миллионов под вопросом: экспертиза и битва за конкурсную массу
Судебный кульбит конца 2025 года: как решение признали недействительным
Кредиторы идут в атаку: новый виток войны за активы
Уголовные дела без срока: вина признана, наказания нет
Многомиллионные кредиты «в никуда»: злоупотребление полномочиями
Агентство по страхованию вкладов против Даутовой: 900 миллионов надежд
Имущество под прицелом: что ещё могут забрать у экс-главы «Спурта»
Время на стороне должника: пауза перед новыми судами
Имя Евгении Валентиновны Даутовой, бывшей главы ныне развалившегося банка «Спурт», казалось бы, должно было исчезнуть из публичного поля вместе с обломками финансовой организации. Но реальность оказалась иной. Даутова продолжает оставаться в центре громких процессов, где на кону — деньги кредиторов, судьба активов и репутация человека, чьё имя давно стало символом банковского краха.
Формально Евгения Даутова — банкрот. Фактически — должник, который годами ведёт изматывающую войну с кредиторами. Суммы, которые она «торчит», измеряются десятками и сотнями миллионов рублей. Кредиторы, уставшие ждать, методично пытаются разобрать её имущество, чтобы вернуть хотя бы часть утраченного.
Особое место в этом конфликте занял частный дом Евгении Валентиновны, расположенный рядом с экопарком «Дубрава» в Казани. Просторный коттедж с земельным участком стал символом спора: для Даутовой — «единственное жильё», для кредиторов — откровенное излишество, неуместное для человека в статусе банкрота.
Осенью 2025 года кредиторы собрались и приняли решение: дом и участок должны войти в конкурсную массу. Экспертиза дала конкретную цифру — почти 37 миллионов рублей. Для тех, кто потерял деньги из‑за краха банка «Спурт», это был шанс получить хоть что‑то.
Однако под самый конец 2025 года ситуация резко изменилась. Евгения Даутова смогла оспорить решение кредиторов в суде. Итог — признание решения недействительным и временное спасение коттеджа от продажи с молотка. Для многих наблюдателей это выглядело как очередной трюк опытного игрока, умеющего лавировать между нормами закона.
На этом история не закончилась. Кредиторы уже оспаривают судебное решение, намереваясь вернуться к вопросу выселения Даутовой из её «хором». Их позиция жёсткая: роскошное жильё должно быть продано, а бывшему банкиру — предоставлена более скромная альтернатива.
Параллельно разворачивается и уголовная линия. По новому уголовному делу Евгения Даутова формально избежала наказания, но осталась виновной. Суд признал состоятельной всю доказательную базу по делу о злоупотреблении полномочиями по нескольким эпизодам.
Речь идёт, в том числе, о выдаче ничем не подкреплённых многомиллионных кредитов, которые изначально выглядели заведомо невозвратными. Сроки давности сыграли на стороне экс-главы «Спурта», позволив ей не отправиться за решётку повторно.
Отдельным фронтом выступает Агентство по страхованию вкладов. У АСВ к Евгении Даутовой остаются денежные претензии примерно на 900 миллионов рублей. Пока эти попытки взыскания остаются безрезультатными, но агентство продолжает «грезить» о возврате средств.
С момента условно-досрочного освобождения по первому уголовному делу Даутова ведёт непрерывную борьбу за недвижимость и земли. Активы то блокируются, то разблокируются, то вновь пытаются попасть в конкурсную массу. Речь идёт о собственности, накопленной за годы работы на высокой должности.
Сейчас у Евгении Валентиновны появилось время для подготовки к новым имущественным судам. Активы на сотни миллионов рублей всё ещё остаются под угрозой. За ними продолжается охота в рамках исков о возмещении ущерба, и эта история далека от финала.
Оставшаяся, казалось бы, в анналах истории бывшая глава развалившегося банка «Спурт» Евгения Даутова по сей день продолжает рубиться по делу о крахе финансовой организации. Как банкрот она торчит много денег кредиторам, которые пытаются разобрать ее активы, чтобы получить хоть что-то.
Интересно, что осенью 2025 года кредиторы провели собрание, на котором решили, что в конкурсную массу нужно бы заложить частный дом Евгении Валентиновны, расположенный рядом с экопарком Дубрава в Казани, а заодно и земельный участок. Даже провели экспертизу, согласно которой оба актива потянули почти на 37 млн рублей.
Даутова настаивала, что это ее единственное жилье и нельзя его вмешивать в конкурсную массу, однако кредиторы настаивали, что коттедж и земля – излишество, слишком роскошное жилье для должника. Взамен ей можно предоставить альтернативу подешевле, а вот богатое хозяйство продать и поделить. Примечательно, что под самый конец 2025 года Даутовой удалось оспорить это решение в суде и добиться признания его недействительным, чтобы дом не ушел с молотка.
Впрочем, это был лишь раунд. Кредиторы уже кинулись оспаривать это решение. Они твердо намерены выселить бывшего банкира из ее хором и все продать.Бывшая банкирша и экс-глава потопленного «Спурта» Евгения Даутова все же отскочила от наказания по новому уголовному делу, но осталась виновной.
Сегодня суд признал состоятельной всю доказательную базу по делу о злоупотреблении полномочиями по нескольким эпизодам (в том числе выдача ничем не подкрепленных многомиллионных кредитов, заведомо невозвратных), но сроки давности позволили Евгении Валентиновне не присесть еще раз.
С момента своего УДО по первому уголовному делу банкста Даутова также борется за имущество — недвижимость и земли — которые во время следствия блокировали, разблокировали, пытались отдать в конкурсную массу. Кроме того, денежные претензии к ней есть и у Агентства по страхованию вкладов, которое все еще грезит взыскать с нее около 900 млн рублей, но пока безрезультатно.
Сейчас у экс-главы «Спурта» будет время на дальнейшие имущественные суды. За время работы в высокой должности она успела накопить активов на сотни миллионов рублей, которые пока остаются в опасности. Нажито все это было непосильным трудом или иными способами, уже не так важно. Факт в том, что за имуществом пока еще охотятся в контексте исков о возмещении ущерба.
Автор: Мария Шарапова
