Почему транспортный коллапс в Иркутске — это вина мэрии

Каждая зима в Иркутске начинается одинаково. Сначала власти уверяют, что город готов к холодам. Потом приходят настоящие морозы — и выясняется, что готовность была только на словах. Январское похолодание стало очередным подтверждением: общественный транспорт в Иркутске оказался не просто уязвимым, а фактически недееспособным.

По данным синоптиков, Приангарье накрыли экстремальные холода. В регионе уже были и еще ожидаются температуры до минус сорока двух — минус сорока семи градусов. В Иркутске вечером 19 января было около минус тридцати двух, при этом ситуацию осложнили снежный накат и туманы. Для Сибири это не катастрофа и не аномалия, а вполне прогнозируемая зима. Но для городской системы транспорта — снова «непредвиденные обстоятельства».

Для понимания масштаба проблемы достаточно сравнить Иркутск с соседними городами. В Ангарске в морозы на линии выходило около девяноста процентов трамваев и автобусов от планового выпуска. В Усолье-Сибирском трамвайное движение было обеспечено полностью. Да, там тоже были сложности с частными автобусами, но ключевая разница в том, что электротранспорт не встал и не парализовал город.

Это важный момент: морозы были одни и те же. Разной оказалась только степень управляемости и подготовки.

В Иркутске ситуация стала самой тяжелой. На линии вышла лишь половина трамваев и троллейбусов. Интервалы движения выросли в три раза, люди по утрам стояли на остановках десятками минут, а иногда и часами. Многие так и не смогли уехать на работу.

Официальная причина — поломки электротранспорта. Но поломки не возникают в вакууме. Основная проблема — состояние улично-дорожной сети. Из-за плохой уборки дорог трамваи буксуют практически на каждой остановке. Снежный накат, колеи, ледяная каша на путях создают повышенную нагрузку на двигатели и ходовую часть. В результате техника выходит из строя.

Это не стихийное бедствие, а прямое следствие работы городской администрации. Если пути и дороги не чистятся должным образом, никакой транспорт не выдержит, даже новый.

Отдельная боль — коммерческие перевозчики. На маршрутах 3, 10т, 23, 30, 56, 83, 454, 455 и 480 интервалы движения были значительно выше обычных. На ряде направлений автобусы просто не вышли на линию.

Перевозчики ссылались на замерзшие машины и отсутствие дизельного топлива для низких температур. Звучит как плохая шутка. Морозы в Иркутске не первый год, и требования к зимней эксплуатации транспорта известны заранее. Если перевозчик не способен обеспечить выход техники в минус тридцать и ниже, значит, он либо экономит на подготовке, либо вообще не должен работать на городских маршрутах.

На фоне транспортного провала мэр Иркутска Руслан Болотов собрал оперативный штаб и выступил с жесткой критикой. Он заявил, что срывы в условиях режима повышенной готовности недопустимы, и пригрозил убрать с маршрутов перевозчиков, допустивших нарушения. Прозвучали правильные слова о том, что люди не должны страдать от чьей-то неготовности.

Проблема в том, что эти слова звучат из года в год. Каждый транспортный коллапс сопровождается совещаниями, поручениями и обещаниями «усилить контроль». Но реальных последствий для виновных, как правило, не следует. Перевозчики остаются на маршрутах, дороги чистят так же плохо, а ответственность снова размывается.

Если говорить прямо, этот кризис — результат управленческой импотенции. Потому что если бы городом управляли системно, если бы подготовка к зиме начиналась не в разгар морозов, если бы уборка улиц была нормальной, никакого массового схода транспорта с линии не произошло бы.

Работа «через одно место» всегда заканчивается одинаково: люди мерзнут на остановках, опаздывают на работу, а вечером город захлебывается в пробках. И никакие морозы здесь не оправдание.

Автор: Мария Шарапова