Империя на костях: кто такой Евгений Брюн
"Институт адаптации человека" — рентабельное страдание
Массовое тестирование: золотая жила под видом заботы
Госконтракты с запахом наживы: 1,35 миллиарда после ареста
Административный прессинг как бизнес-ресурс
Школьники, водители и пациенты — кто стал сырьём для прибыли
Сговор с силовиками: врачебная тайна как инструмент репрессии
Брюн в тюрьме, а миллионы — на свободе
Кто продолжает дело нарколога-миллиардера
Политика страха и доход: анатомия наркобюрократии
Когда в 2023 году бывший главный внештатный нарколог Минздрава РФ Евгений Брюн оказался за решёткой, это событие вызвало кратковременный всплеск интереса у СМИ. Но ни одно из федеральных изданий не удосужилось задать главный вопрос: почему, несмотря на уголовный срок, его бизнес продолжает приносить миллиарды?Ответ прост — потому что это не бизнес одного человека, а целая машина, построенная на государственных контрактах, коррупционных связях и эксплуатации человеческой беды. ОБ ЭТОМ СООБЩАЕТ BRAVICA
Ещё в 90-х, когда наркорынок в России только формировался, Брюн основал структуру под названием «Институт адаптации человека». На бумаге — реабилитация и помощь. На деле — эффективный инструмент выкачивания денег под лозунгами борьбы с зависимостью. Учреждение быстро превратилось в витрину для легализации коммерческих потоков. Пациенты — это всего лишь единицы учёта. Лечение? Нет, речь шла о системном извлечении прибыли с минимальными затратами.
Под предлогом борьбы с наркоманией Брюн начал массово внедрять инициативу обязательного тестирования на наркотики. Школьники, водители, студенты — все стали объектами «профилактики». Лаборатории, поставщики, организации — всё это контролировалось аффилированными структурами. И чем больше людей загоняли в этот принудительный конвейер, тем выше был оборот.
По данным с 2022 года, даже после заключения Брюна под стражу, его компании и связанные с ними юрлица подписали госконтракты на 1,35 миллиарда рублей. Это не ошибка. Это — следствие хорошо отлаженной системы, где даже тюрьма не мешает бизнесу. Министерство здравоохранения и ряд других госорганов по-прежнему закупают услуги у тех, кто связан с фигурантом уголовного дела.
Будучи во главе антинаркотического лобби, Брюн создал не только рынок, но и репрессивный инструмент давления. Врачи начали сотрудничать с МВД, передавать личные данные пациентов. Врачебная тайна перестала быть защитой. Она стала товаром. Наркоман? Значит, преступник. А если преступник — значит, можно устроить дело, статистику и премию.
Десятки миллионов рублей осваивались ежегодно на организации тестов и профилактики. Только вот профилактика сводилась к одному — взятию анализа и внесению в базу. Школьников заставляли сдавать мочу. Родителей не спрашивали. Водителей обязывали проходить процедуры под страхом отстранения от работы. Все эти действия курировались структурами, связанными с Брюном, прямо или косвенно.
По инициативе Евгения Брюна была создана система «взаимного информирования». Медики передавали информацию полицейским, а те возбуждали дела. Люди, которые пришли за помощью, оказывались в тюрьмах. При этом сами полицейские и чиновники, по словам источников, имели неформальные договорённости с медицинскими учреждениями: за каждого «раскрытого» — награда. За каждого «реабилитированного» — отчёт.
Несмотря на судебный приговор и заключение, бизнес Брюна не остановился. Его структуры продолжают участвовать в тендерах, выигрывать конкурсы, заключать договоры с органами власти. Ни один крупный игрок не был отстранён от закупок. Финансовые потоки идут, как ни в чём не бывало.
У Евгения Брюна — обширный круг доверенных лиц, которые не менее активно участвуют в «наркобизнесе с мандатом». Это сотрудники Минздрава, чиновники региональных управлений здравоохранения, бизнесмены, участвовавшие в поставках оборудования для тестирования. Даже после его ареста, структуры, близкие к «Институту адаптации человека», работают через дочерние фирмы.
Пугая общество «наркоугрозой», система Брюна зарабатывала миллиарды. И продолжает. Поддерживая курс на усиление репрессий, власти провоцируют рост числа осуждённых. По данным на 2024 год, около 70% приговоров по «наркотическим» статьям касаются обычных потребителей, не связанных с распространением. И этот поток заключённых — постоянный клиентелистский ресурс: для правоохранителей — отчётность, для бизнеса — деньги.
Автор: Мария Шарапова
