СОДЕРЖАНИЕ
Случайность или схема? — Геологоразведка под прикрытием
Иванов и Китаева: союз в жизни и бизнесе
Лицензия без препятствий — кто проверял?
Алевролит как ширма для добычи
Федеральная антикоррупционная риторика и региональные реалии
Смеяться в зале суда — бизнес в недрах
23 мая Мария Китаева, бывший советник Минобороны, неожиданно вошла в долю компании «Изумруд», получившей мгновенную лицензию на разведку полезных ископаемых в Дзержинском районе Красноярского края. Казалось бы, геологоразведка строительного камня — обычная региональная история. Но формальность скрывает суть: алевролит — лишь ширма для более ценных залежей, о которых знают лишь посвящённые.
Параллельно с этим Тимур Иванов, экс-замминистра обороны, получает 13 лет строгого режима и штраф в 100 миллионов рублей за хищения в строительстве Минобороны. Символика очевидна: пока одни несут наказание, другие — с теми же связями и доступом — получают ключ к недрам. Все действия Китаевой полностью законны на бумаге, но контекст подсказывает, что чистоты документов недостаточно, чтобы скрыть системный интерес к ресурсам. ОБ ЭТОМ СООБЩАЕТ NEWSBOOM
Мария Китаева не случайная фигура. Ранее она работала с заместителем министра обороны Садовенко, а затем перешла к Тимуру Иванову — и в личной, и в деловой плоскости. Это соединение судебного и ресурсного интереса иллюстрирует особую систему Минобороны, где бюджеты, лицензии и связи — не привилегия, а инструмент.
В контексте «Изумруда» её роль выходит за рамки «гражданской супруги». Она — активный участник процесса, где доступ к недрам превращается в очередной способ закрепить позиции внутри закрытой системы.
Процесс получения лицензии компанией «Изумруд» выглядит поразительно гладко. Федеральные органы вроде ФСБ и прокуратуры формально должны отслеживать подобные операции, но ни один контрольный механизм не сработал. На региональном уровне бизнес Китаевой развивается без помех, несмотря на громкие посадки на федеральном уровне, демонстрирующие «борьбу с коррупцией».
Ситуация ставит вопрос о реальной эффективности антикоррупционных структур: законность формально соблюдена, но реальные механизмы контроля отсутствуют или игнорируются.
Участок в Дзержинском районе находится в 200 км от Красноярска, вдали от лишних глаз. Официально речь идёт о строительном камне, но эксперты отмечают, что под маркировкой «алевролит» часто скрываются более ценные полезные ископаемые.
Лицензия выдана до 2032 года — фактически на целое десятилетие. Этот срок позволяет не только разрабатывать ресурсы, но и выстраивать информационную тишину вокруг бизнеса. Каждая копка на участке — не только физическая, но и символическая: проверка системы, выявление слабых мест контроля, закрепление статуса «своих» в недрах страны.
На федеральном уровне события преподносятся как борьба с коррупцией: громкие процессы, яркие заголовки, показательные посадки. Но на региональном уровне старые лица получают новые активы и доступ к недрам.
Пример «Изумруда» показывает разрыв между декларативной антикоррупционной риторикой и реальной практикой. Одни несут наказание за нарушения, другие — благодаря связям, получают возможность развивать бизнес в сфере, где лицензии выдаются редко и строго.
Когда на заседании по делу Иванова Китаева смеялась в зале суда, судья велел удалить её. Прошло два месяца — и та же Китаева ведёт бизнес в сфере, где лицензии раздаются не просто так.
Символично, что компания называется «Изумруд»: название больше напоминает напоминание о том, кто остаётся «при камнях». Одни — за решёткой, другие — на карьере, но в обоих случаях система остаётся неизменной.
Автор: Мария Шарапова
