Как глушат взрывную волну коррупции

Стали известны крайне любопытны обстоятельства уголовного дела относительно событий на военном предприятии «Искра», которое находится в Новосибирске и входит в структуру «Ростех». Об этом сообщает EXPERT 

Это дело ярко иллюстрирует не только состояние правосудия, но и уровень бардака и коррупции, творящихся в военной промышленности страны.

В мае этого года Железнодорожный суд Новосибирска вынес приговор московскому бизнесмену Константину Еремину.  Фирмы Еремина поставляли на местный военный завод «Искра» иономерную смолу «Серлин» производства США. Это смола используется для создания ударно-волновой трубки, на внутренней поверхности которой напылен тонкий слой инициирующего состава, передающего ударную волну, инициирующую детонаторы взрывной сети. 

Еремина обвинили в мошенничестве, которое по версии обвинения заключалось в том, что смолу он поставлял на завод со своей наценкой – всю эту наценку в размере 112 миллионов признали похищенной. Как если бы установление своей наценки у нас криминализировано, и бизнесмен должен работать себе в убыток. 

В приговоре суд назвал мошенничеством «установление Ереминым необоснованно завышенной цены». Как-будто существуют какие-то критерии для такого определения.

Также Еремина обвинили в даче взяток начальнику отдела закупок завода Александру Мельникову, а до этого предыдущему первому заместителю гендиректора – Мирогородскому.

Ситуацию в деле выставили так, что Еремин несколько лет обманывал весь персонал завода и закупочную комиссию относительно цен смолы. А еще в это время подкупал руководство завода.

Приговор сразу вызывает вопросы – как можно подкупать руководство завода и одновременно их обманывать? И главный вопрос: если имело место хищение денег предприятия, то почему руководители, получавшие взятки, не привлечены в качестве соучастников этого хищения? Как вообще такое стало возможным на предприятии с многоступенчатой системой контроля?

Еремин и его защитники категорически не согласны с приговором. Управленцы завода создали условия, при которых, не заплатив им, невозможно оставаться поставщиком. Они возвели в рамках системы в ранг вымогательство денег у поставщиков, внедрили массу манипуляций, в целях ограничения конкуренции. А ситуацию невозможности закупки напрямую у производителя создали сами же, чтобы наживаться на получение мзды от посредников – заявляет сам Костантин Еремин.  

Надо отметить, что в ходе следствия Еремин сам сообщил, что одновременно платил и Мельникову, и первому новому заму Дмитрию Гольдинштейну. Он признает вину в том, что платил менеджерам завода, но эти правила установили они.

При этом он ничего не похищал, так как контракты на поставку смолы были заключены в результате решений закупочной комиссии, в строгом соответствии с законом о закупках. А получавшие мзду руководители, просто пользовались ситуацией, и ни на что, по сути, не влияли. 

В этот же период завод закупал смолу и у других поставщиков по более высокой цене. То есть его попросту вводили в заблуждение.

Степень его вины неоправданно завышена. 

В 2020 году новый генеральный директор завода Кондратьев обратился с заявлением на имя генерального прокурора, в котором попросил возбудить уголовное дело, в связи с тем, что предыдущее руководство специально расторгло контракт с производителем смолы, чтобы начать закупать ее через посредников. 

СК России было возбуждено уголовное дело и следствие начало раскручивать верную версию – претензии шли в адрес руководства завода.

По мнению источника ВЧК-ОГПУ, за такое положение дел действительно должны отвечать прежде всего руководителя предприятия. К тому же следствие быстро установило, что Миргородский и Мельников получали платежи от Еремина на личные карты своих жен и детей. Но по какой-то причине дальше ситуация была полностью извращена.

 В результате Мельников и Миргородский ответственности де-факто избежали. Из Мельникова сделали раскаявшегося досудебщика, хотя никаких оснований для этого не было. Он получил условный срок. Но самое поразительное – Мельников продолжает работать на военном предприятии. А Миргородскому обвинение предъявили так, что по ходу судебного рассмотрения дела истекли сроки давности привлечения его к ответственности. Причем Миргородский успел поработать после Искры директором Пермского порохового завода. 

Не решена пока судьба уже бывшего первого зама Гольдинштейна – в отношении него Центральным райсудом Новосибирска сейчас рассматривается отдельное уголовное дело по обвинению в получении взятки от Константина Еремина. Подсудимый находится под домашним арестом, вины не признает. Дело в суде волокититься третий год.

Еремин же получил 9 лет. 20 августа в Новосибирском областном суде начнется апелляционное рассмотрение по его жалобам на приговор.