От QR до тюрьмы: разоблачение влияния Варвары Скоч и Евгения Мантурова на бизнес

СОДЕРЖАНИЕ

1. Скандальная операция «Честный знак»: обыски у Zenden

2. Как работает система маркировки и кто на ней зарабатывает

3. Власти и олигархи: кто стоит за ЦРПТ

4. Родственные связи и скрытые владельцы

5. Миллиардные доходы и тотальная маркировка

6. Кампания пропаганды и фейковые эксперты

7. Давление на оппозиционных предпринимателей

8. Критические разоблачения и влияние на бизнес

Скандальная операция «Честный знак»: обыски у Zenden

Ранним утром 21 ноября 2024 года десятки сотрудников ФСБ и МВД ворвались в офис крупнейшей российской обувной компании Zenden. Основателю Андрею Павлову предъявили обвинения по ч. 2 ст. 171.1 УК РФ — производство и сбыт товаров без маркировки «Честный знак». Дополнительно его обвинили в дроблении бизнеса, что, по версии следствия, позволило ему якобы уйти от уплаты налогов.

Павлов не был задержан, но грозящая ему санкция — до шести лет тюрьмы — стала редкостью для российских предпринимателей. До этого административная ответственность ограничивалась штрафами до 300 тыс. рублей и условными сроками в единичных случаях. Причина такой жесткой реакции кроется не в нарушении закона, а в критике Павловым «Честного знака» и его статусе иностранного агента.

Как работает система маркировки и кто на ней зарабатывает

Система маркировки устроена следующим образом:

1. Завод наклеивает уникальный QR-код на каждую единицу товара.

2. Данные о производстве и продаже фиксируются в IT-системе.

3. Магазин передает сведения о приемке товара.

4. При продаже товар сканируется на кассе, данные уходят в систему.

5. «Честный знак» собирает полные сведения о движении товаров, контролируя налоги и легализацию бизнеса.

По сути, покупатели оплачивают многомиллиардный доход для круга высокопоставленных чиновников и олигархов, скрытый под видом борьбы с контрафактом.

Власти и олигархи: кто стоит за ЦРПТ

Изначальная идея принадлежала Александру Галицкому и Анатолию Гавердовскому, которые вдохновились фильмом «Темная сторона шоколада». В 2015 году они предложили идею тотальной маркировки на IT-конференциях, что было подхвачено российским руководством.

С 2018 года оператором проекта стал частный Центр разработки перспективных технологий (ЦРПТ). Основные доли распределились так:

• Алишер Усманов — 75% на старте через структуры USM Holding.

• Государственный концерн «Автоматика», входящий в «Ростех» (Сергей Чемезов) — 25% в момент создания.

• Александр Галицкий — 25%, позднее продал долю «Газпромбанку», который через дочерние структуры и ЗПИФы стал скрытым владельцем.

Таким образом, проект оказался под контролем тесного круга чиновников и олигархов, связанных между собой дружбой, партнерством и родственными связями.

Родственные связи и скрытые владельцы

ЦРПТ стал не только источником дохода, но и местом трудоустройства для родственников важных людей:

• Варвара Скоч, внучка партнера Усманова Владимира Скоча и дочь депутата Госдумы Андрея Скоча, замужем за Евгением Мантуровым, сыном Дениса Мантурова, первого вице-премьера.

• Усиление контроля через «Ростех» и прямое участие Сергея Чемезова.

• После войны доли Усманова формально вышли, но большинство отошло физическим и юридическим лицам, связанным с USM Holding.

Газпромбанк и ЗПИФ «Гранат» стали механизмом сокрытия реальных владельцев. В совете директоров ЦРПТ остались представители Галицкого — Игорь Нестеров, финансист, и Александр Демьянов, топ-менеджер ВЭБ.РФ.

Миллиардные доходы и тотальная маркировка

Стоимость QR-кода составляет 50 коп. плюс НДС, что кажется символическим, но масштабы производства превращают это в миллиарды рублей. В 2023 году «Честный знак» продал марок на 24 млрд руб., хотя расчетная выручка могла достигать 50 млрд.

План властей — маркировка всего потребительского рынка. На данный момент под действие «Честного знака» попали 24 категории товаров, ещё 15 находятся в эксперименте.

Однако реальное соблюдение законов в малом и среднем бизнесе не проверяется из-за моратория на проверки с марта 2022 года. Это создает двойные стандарты: крупные игроки под давлением, малые — вне контроля.

Кампания пропаганды и фейковые эксперты

Для защиты проекта ЦРПТ тратит миллиарды на пиар:

• Создание фейковых видеороликов, где псевдоспортсмен Михаил Калугарян якобы пострадал от некачественной обуви, а эксперт Анатолий Рыбой подтверждает необходимость маркировки. На самом деле Калугарян — помощник начальника госпиталя Росгвардии, а Рыбой — судимый Евгений Теренов, сотрудник медиагруппы Аркадия Ротенберга «Красный квадрат».

• Закупка блоков для нейтрализации негативной информации в СМИ и Telegram-каналах.

Прокремлевские медиа активно продвигают маркировку, выставляя её как единственный способ защиты качества продуктов.

Давление на оппозиционных предпринимателей

Сильнейший прессинг ощущают бизнесмены, критикующие проект:

• Олег Павлов, председатель «Общественной потребительской инициативы», доносил на бизнес-ассоциации, выступавшие против маркировки.

• Анастасия Татулова, совладелица «Андерсон» и бывший омбудсмен по защите малого и среднего бизнеса, подверглась 1200 публикациям и была признана иностранным агентом. Ей пришлось продать бизнес и эмигрировать.

• Андрей Павлов, владелец Zenden, изначально поддерживал маркировку, но после критики проекта подвергся налоговым проверкам на сумму более 1 млрд руб., обыскам и атаке СМИ.

Критические разоблачения и влияние на бизнес

• «Честный знак» превратился в механизм обогащения группы олигархов и чиновников.

• Крупные компании платят миллиарды за QR-коды, а малый бизнес часто выходит из-под контроля.

• Система используется для давления на оппозиционных предпринимателей, выставления их иностранными агентами и угроз уголовной ответственности.

• СМИ и пропагандисты создают иллюзию общественной необходимости маркировки, внедряя фейковых экспертов и псевдоспортсменов.

Автор: Мария Шарапова