К сгоревшему зданию во Фрязино могли иметь ношение братья Ананьевы.

Пожар во Фрязино выявил не только е нарушения норм пожарной безопасности в Подмосковье, но и серые схемы, которые стали косвенной причиной трагедии. В них через сейшельские офшоры задействованы, лица связанные с правительством других регионов, а также сбежавшие на Кипр российские олигархи с фамилией на букву «А».

Закономерная трагедия

Почему так получилось, почему не была задействована в спасении спецтехника, почему не были развернуты надувные матрасы, будет разбираться следствие, а пока можно констатировать, что здание долго и упорно вели к такому финалу. В бывшем НИИ не работали туалеты и отопление, а сотрудники арендаторов периодически по несколько часов сидели в лифтах.

В здании не было датчиков возгорания, пожарных рукавов, планов спасения и Белоусовы и Тонояны.

Здание НИИ было приватизировано в девяностые годы и сразу начало сдаваться под разные бизнесы. В 2012 году комплекс на торгах приобрёл известный художник и реставратор Виктор Белоусов, который хотел создать там своё производство, но в 2013 году он умер, а его наследницей стала жена Татьяна Белоусова (Косова).

Татьяна Белоусова с 2014 года является учредителем ООО «Бэлла», созданное для управления имуществом на договорной основе, проще говоря – для сдачи в аренду.

С 2014 по 2018 годы Белоусова выполняла в «Белле» функции генерального директора, но затем её сменил некий Валерий Образцов, с которым связано петербургское ООО «УПП». Данная фирма занималось строительством кораблей, судов и плавучих конструкций, но просуществовала всего лишь пять лет.

С 2015 по 2019 году Белоусова имела статус индивидуального предпринимателя и с 2016 по 2017 годы четыре раза судилась за неисполнение обязательств по договору аренды. Три дела она не выиграла, а по одному Rusprofile.ru не даёт информации о результате. Среди ответчиков были РГГУ, ликвидированная организация ООО «Логос-Групп» и дважды индивидуальный предприниматель Гегам Альбертович Тоноян.
Тоноян как ИП имеет 40 направлений деятельности – от доставки до производства гофрированной бумаги, также этот гражданин выступает как учредитель в трёх организациях (ООО «Трубин – Строй», ООО «Партнер» и ООО «Элит – Сервис»).

Предприниматель является однофамильцем главы КУГИ Ленинградской области Маринэ Тоноян и её отца Радика Тонояна, который недавно прошел через мутную процедуру банкротства. The Moscow Post писал об их деятельности. Являются петербургские Тонояны родственники московским – неизвестно, но везде речь идёт об имуществе, недвижимости и об их распоряжении.

«Форсайны» и офшоры Ананьева

В 2022 году Гегам Тоноян, как заверил наш источник, работал в ООО «Фор-сайн». В Московском регионе за последние 10 лет было зарегистрировано нескольких организаций со схожим названием, которые, судя по всему, имееют одних бенефициаров. Наиболее интересной из них является ООО «Компания Форсайн», открытое в 2014 году и ликвидированное в 2020 году – дело в том, что её учредителем числится зарегистрированная на Сейшельских островах, то есть на офшоре, организация «Веллокс Эссетс Корп».

Данная контора в свою очередь имеет одного бенефициара с кипрской компанией Vellux Assets Limited. Им является сбежавший на Кипр олигарх и бывший владелец «Промстройбанка» Дмитрий Ананьев. Компания также фигурирует в бракоразводном иске Людмилы Ананьевой к Дмитрию Ананьеву по разделу совместно нажитого имущества.

Российские бизнесмены очень любят называть компании одинаково: «Фор-сайн» и «Компания Форсайн», «Веелокс эссетс корп.» и Vellux Assets Limited, разве что меняются генеральные директора и места регистрации. Москва заменяется на Московскую область, а Сейшельские острова на Кипр, если речь идёт об офшорах. Все это позволяет быстро и эффективно определить, откуда растут уши в конкретной истории.

Здесь первично следующее – именно невыплаченный Тонояном долг привёл в конечном счёте к банкротству Белоусовой и к тому, что здание НИИ «Платан» сначала перестали контролировать, а затем довели до пожара. Благодаря этому во Фрязино появилось пятно под застройку, стоимостью в миллиарды рублей. Возможно, пожар с гибелью людей ни в чьи планы не входил и, по сути своей, это чистый эксцесс исполнителя.

Пожарной безопасности не было

Белоусова давно находилась под давлением, её финансовые дела ко второй половине девяностых пришли в полный упадок. 25 апреля 2017 года по заявлению Ирины Лавровой было возбуждено дело о её банкротстве, 29 августа 2017 года суд признал требования истца обоснованными и ввел реструктуризацию долгов ответчика на сумму почти в 50 млн рублей, из них 7,65 млн рублей – проценты за использование чужими денежными средствами. В 2015 году этот долг был признан Щелковский городской суд, а его размер и огромная просрочка подтверждают, что это обязательство на 750 тысяч долларов по старому курсу сформировалось давно и перешло к Белоусовой от мужа.

2 апреля 2018 года суд признал Белоусову банкротом и назначил финансовым управляющим её имуществом Михаила Сергеева, 4 марта 2021 года его сменил Михаил Чучман, однако здание НИИ так и не было реализовано.

С началом банкротного производства в отношении Белоусовой прекратился контроль за состоянием здания НИИ «Платан». Там больше не проводились проверки пожарной безопасности, зато арендаторы сменяли друг друга и исправно платили деньги, здесь возникают серьёзные и даже уголовные вопросы к управляющей организации. Нужно выяснить, не имеет ли она отношение к заморским офшорам.

Белоусова вчера дала интервью телеканалу 360.ru и подтвердила, что 7 лет находится в банкротстве и поэтому её давно не было в здании НИИ, ей говорили туда не соваться. Возникает вопрос, а зачем? Не связано ли это с посторонними планами и указаниями, в том числе из Кипра. Собственница подтвердила, что пожарной безопасности в комплексе не было даже в 2012 году, когда его выкупил покойный Белоусов. Он сам установил там порошковые огнетушители, которые купил на маркетплейсе. По этой причине в договорах аренды писалось, что арендаторы сами занимаются пожарной безопасностью, а это серьёзное нарушение законодательства.

Как такое допустила администрация Московской области губернатора Андрея Воробьева – после истории с «Крокус Сити Холом», где было выявлено много нарушений, зато владельцами были Агаларовы, вопрос по-настоящему риторический. Такое впечатление, что все ждали, что со зданием что-то случится.

Брат губернатора имеет прямое отношение к девелоперу «Самолет», поэтому здание НИИ могло приглянуться не только находящимся на чужбине опальным бизнесменам, но и лицам, которые остаются в России и продолжают здесь строить.

Иск против покойного мужа

Здание НИИ в течение семи лет безалаберно эксплуатировалось, а собственница отодвинута от принятия решений. Белоусова пыталась выйти из тупика с долгами умершего мужа путём признания его задним числом банкротом и гашения таким образом многомиллионных обязательств, но у неё ничего не вышло.

8 июля 2019 года Арбитражный суд города Москвы признал Виктора Белоусова банкротом и постановил ввести в отношении его имущества процедуру реализации имущества, однако не отменил банкротный процесс, который был ранее введен против Белоусовой по тем же правовым фактам. Девятый арбитражный апелляционный суд оставил это решение без изменений.

Речь в иске шла о займе, который Белоусов взял 27 декабря 2012 года, после чего он 25 января 2013 года сочетался браком с Белоусовой (Косовой), а 5 апреля 2013 года умер в Анталии, оставив молодой жене воспоминания и долги.

Банкротный сюжет после этого затих до января 2024 года, когда на торги было выставлено сгоревшее здание, а собственником покойный числился Виктор Белоусов.

Стартовая стоимость лота составляла 390 млн рублей, но торги ни к чему не привели. Теперь этот объект стоит на порядок дешевле – наверняка, он не был застрахован на случай пожара, а главное, что он сразу стал суперлакомым куском для столичных девелоперов. Если бы Ананьевы были в России, то они бы тоже положили на него глаз, хотя и чужбина не мешает им действовать через подставные лица.

utro-news