В Узбекистане "похоронили" президента

Ташкентские кланы делят власть, опираясь на слухи о смерти Ислама Каримова

Владимир Мухин, Марина Кожушко, Татьяна Рублева

За кого из преемников проголосовал бы сам Ислам Каримов?

По Москве поползли слухи о тяжелейшем заболевании и даже смерти президента Узбекистана Ислама Каримова. Пресс-служба посольства Узбекистана в Москве категорически опровергла эту информацию. Прямых подтверждений кончины президента действительно нет, однако мини-расследование "НГ" показало, что, опровергая подобные слухи, окружение президента не может доказать обратное. Во всяком случае, начиная с прошлых выходных президент ни с кем не встречался и не участвовал ни в каких мероприятиях. Его никто не видел, он не показывался перед телекамерами. Тем временем из разных источников поступает информация о том, что с прошлого года Каримов серьёзно болел. Последнее время все приёмы и рабочие совещания Ислам Каримов проводил в своей резиденции Оксарой под Ташкентом. В связи с этим появились слухи о том, что после скрытой от общественности смерти "настоящего" Каримова в Оскарое действует его двойник, а окружение начинает делить власть. Слухи серьёзно обострили ситуацию в Узбекистане.

На то, что в стране началась ожесточенная борьба за власть, указывает, в частности, серия недавних значительных перестановок среди важных руководителей (хакимов) в областях, Верховном суде и правительстве Узбекистана. Многие значимые должности в конце декабря заняли выходцы из так называемого самаркандского клана, который негласно возглавляет экс-премьер и нынешний советник Каримова Исмаил Джурабеков, прозванный серым кардиналом.

Его поддерживает глава МВД республики Закир Алматов.

Благодаря Джурабекову, который во времена СССР занимал пост министра водного хозяйства Узбекистана, Каримов в конце 90-х гг. вышел на Олимп власти в республике. В 1999 году Джурабеков был уволен с должности премьер-министра (по неофициальным сведениям — якобы за связи с наркоторговцами), но все же сумел отстоять свои позиции, став спустя некоторое время советником Каримова по сельскому хозяйству.

В противовес джурабековцам-самаркандцам вокруг Каримова сосредоточен и другой клан — ташкентско-ферганский. Среди влиятельных лиц этой группы — сотрудник аппарата президента Тимур Алимов и глава военного ведомства РУ Кадыр Гулямов, которые состоят в родственных связях. Оба политика известны своей прозападной ориентацией. Кадыр Гулямов — сын известного в прошлом поэта Гафура Гуляма, по образованию — физик-ядерщик. Он никогда не служил в армии, но именно с его приходом в Минобороны связаны радикальные изменения в структуре силовых министерств и ведомств страны. Сегодня в его руках сосредоточено управление практически всеми силовыми структурами (внутренние войска, пограничные войска, МЧС) за исключением милиции и Службы нацбезопасности.

Как сообщают военные источники, именно Гулямов выступает за поддержку возможных антииракских действий США с аэродрома "Ханабад". Цена вопроса — перевооружение узбекской армии по стандартам НАТО стоимостью примерно в 1 млрд. долларов. "Ташкентцы" хорошо понимают важность поддержки со стороны США, поскольку считают, что в случае смерти Каримова дружеское расположение Вашингтона обеспечит практически стопроцентную победу этой группы в борьбе за власть в Узбекистане.

Третью влиятельную политическую силу в стране сейчас представляет "нейтральный" премьер-министр Уткир Султанов. Проработавший долгое время в России, он в известной степени дистанцирован от кланов и придерживается пророссийской ориентации. Именно Султанов был на неформальном саммите глав СНГ в Киеве в конце января этого года, где, по мнению аналитиков, заручился известной поддержкой Москвы в случае передела власти в республике. Поддержать Султанова могут самаркандцы. Хотя кровопролитных столкновений в стране вряд ли можно будет избежать. Кроме политических противоречий, Узбекистан просто-таки нашпигован межэтническими проблемами. И самаркандский клан олицетворяет собой интересы таджикского этноса, который компактно проживает на территории Самаркандской и Бухарской областей, а также на юго-востоке республики.

Не исключено, что в случае начала борьбы за власть силовые ведомства разделятся по этническому принципу. Этот фактор даёт основания говорить, что концентрация управления и власти силовыми ведомствами в руках Гулямова не будет крепкой, и без внешней помощи победить ему будет трудно. Действительно, в случае обострения обстановки в Узбекистане мировое сообщество может встать перед необходимостью ввода в Узбекистан миротворческих сил. Не исключено, что Гулямов попросит помощи у США. Султанов — у России. Кто здесь проявит больше решительности — Вашингтон или Москва? Ответ на этот вопрос пока неизвестен. Хотя в условиях возможной войны с Ираком возникновение ещё одной горячей точки в центре Азии явно нежелательно.

Тем более что уже сейчас в Узбекистане идёт ожесточенная борьба за выбор внешнеполитической ориентации. Поддержать или не поддержать действия антииракской коалиции, возглавляемой США, — это важное судьбоносное решение, которое может определить развитие страны на многие годы вперед. Давление Вашингтона в этом вопросе очевидно. После отказа большинства стран Ближнего Востока и Южной Азии поддержать действия Пентагона и его союзников в возможной войне с Ираком американцы очень заинтересованы в том, чтобы использовать свою самую крупную в Центральной Азии военную базу "Ханабад" (Кашкадарьинская область, Узбекистан) для нанесения авиаударов по территории Ирака.

Проблема предстоящей смены власти стоит перед всеми исламскими государствами СНГ. Ведь не секрет, что большинство этих государств возглавляют люди очень немолодые. И если они сами крепко держат власть в своих руках в силу того, что это старые партийные работники, прошедшие закалку аппаратной борьбы ещё в советское время, то им на смену идут амбициозные молодые лидеры, далеко не так однозначно способные на самостоятельные действия. В одних странах это приведет к политическому противостоянию группировок и кланов, в других — чревато возникновением вооруженных конфликтов. Таким образом, ближайшие несколько лет могут превратить Центральную Азию и частично Закавказье в сплошной очаг конфликтов.