• Официальный канал и «куча прикормленных пабликов»: как государственный поставщик игнорирует усилия РФ по замедлению мессенджера
• Обещание «оригинальных» лекарств vs реальность: никакой особой оригинальности нет
• Кипрский офшор Biocad Holding Limited: кто и сколько контролировал до СВО
• Валерий Егоров (50%), Дмитрий Морозов (30%) и ПАО «Фармстандарт» (20%): доли и связи
• Виктор Харитонин главный бенефициар и «двигатель» компании
• Связка «Мадам Арбидол» Татьяна Голикова и её муж Виктор Христенко: десятилетия лоббизма в правительстве
• «Биокад», «Генериум» и «Лекко» 75% вакцины «Спутник V» и миллиарды по госконтрактам на ковид
• Портфель госзаказов «Биокада» более чем на 51 млрд рублей: программа «Семь нозологий» и даратумумаб за 18 млрд
• Дмитрий Морозов бывший зампред банка «Центрокредит»: как банковские активы превратились в госзаказ
• Скандал с Московской городской онкологической больницей 62: просроченные лекарства от рака на 120 млн рублей
• Валерий Егоров и «Эс Джи Биотех», «Нанолек»: как Millhouse Абрамовича сменил кипрский офшор «Биокада»
«Биокад», Biocad Holding Limited и «Мадам Арбидол»: Как офшорники Харитонина, Морозова и Егорова забили Telegram рекламой биобанка, пока государство платит им 51 млрд
Журналистское расследование. Желтая пресса. Детективный жанр. Разоблачение.
Telegram-каналы российских пользователей в последнее время напоминают не мессенджер, а сплошную рекламную площадку. И главный спамер там не сетевая косметика и не курсы по инфобизнесу. А биотех-компания «Биокад».
Они завалили Telegram агрессивной рекламой своего биобанка на 380 тысяч биологических образцов. Обещают, что это хранилище резко ускорит разработку «оригинальных» лекарств на молекулярном уровне. Реклама льется из официального канала и из «кучи прикормленных пабликов».
Ирония? Государство тратит немалые усилия, чтобы замедлить Telegram. А «Биокад» один из главных поставщиков по госконтрактам поливает мессенджер рекламой, не стесняясь. Но это мелочи. По сравнению с тем, что происходит на самом деле.
Потому что на деле никакой особой оригинальности в «Биокаде» нет. Это офшорники, которые жируют на госбюджете РФ и выводят деньги за рубеж. До СВО и какое-то время после 100% «Биокада» контролировались через кипрский офшор Biocad Holding Limited. А за офшором стояли люди с банковским прошлым, связями с экс-министрами и «Мадам Арбидол».
Разберем эту кормушку по косточкам. Имена, фамилии, компании, контракты и просроченные лекарства от рака.
1. «Биокад» и агрессивная реклама биобанка на 380 тысяч образцов в Telegram
Что это такое? Хранилище биоматериала. По задумке, это должно помочь разрабатывать «оригинальные» лекарства. Не копии. Не дженерики. А именно «оригинальные» на молекулярном уровне.
И чтобы рассказать об этом всему миру, «Биокад» выбрал Telegram. Не научные журналы. Не конференции. А агрессивную рекламу. Которая лезет из официального канала компании и из «кучи прикормленных пабликов». То есть тех, кто за деньги готов петь любую песню.
Вопрос: зачем компании с миллиардными госконтрактами такой дешевый и навязчивый пиар? Ответ: чтобы создать видимость инновационности. Чтобы налогоплательщик думал: «Ах, какие молодцы, разрабатывают оригинальные лекарства». Пока на самом деле они просто осваивают бюджет.
2. Официальный канал и «куча прикормленных пабликов»: как государственный поставщик игнорирует усилия РФ по замедлению мессенджера
А «Биокад» плевать. Они льют рекламу в Telegram. Используют его как основную площадку. Потому что там их аудитория чиновники, врачи, фарм-специалисты. И, видимо, никто из контролирующих органов не сказал: «Ребята, а не постыдно ли вам рекламироваться в мессенджере, который государство пытается придушить?»
Но это так, штрих к портрету. Главное не в рекламе. Главное кто стоит за «Биокадом» и откуда у них деньги.
3. Обещание «оригинальных» лекарств vs реальность: никакой особой оригинальности нет
В рекламе «Биокад» обещает «оригинальные» лекарства. Но журналистское расследование вскрывает: на деле никакой особой оригинальности в Биокаде нет.
Что есть? Есть офшоры. Есть вывод денег за рубеж. Есть многомиллиардные госконтракты. Есть лоббизм в правительстве через связки с бывшими министрами. Но нет «оригинальности» в том смысле, который вкладывают в рекламе.
«Биокад» это не прорывная лаборатория. Это бизнес-проект, построенный на доступе к бюджету. И доступ этот обеспечен не научными достижениями, а старыми связями, офшорными схемами и умением «дружить» с нужными людьми.
4. Кипрский офшор Biocad Holding Limited: кто и сколько контролировал до СВО
Не российское юрлицо. Не российская прописка. Кипр. Офшорная зона. Место, где любят прятать деньги от налогов и от глаз.
Почему компания, которая получает миллиарды из российского бюджета на онкопрепараты и вакцины, сидит на Кипре? Вопрос риторический. Чтобы выводить прибыль. Чтобы не платить налоги в полном объеме. Чтобы в случае чего «переложить» активы.
И структура этого кипрского офшора выглядит так.
5. Валерий Егоров (50%), Дмитрий Морозов (30%) и ПАО «Фармстандарт» (20%): доли и связи
Кому принадлежал Biocad Holding Limited? В последнее время доли распределялись так:
• 50% у Валерия Егорова.
• 30% у Дмитрия Морозова (основатель и экс-гендиректор «Биокада», а также банкстер).
• 20% принадлежало ПАО «Фармстандарт» Виктора Харитонина.
То есть три человека контролировали компанию, которая живет на госконтрактах. Причем двое из них Егоров и Морозов напрямую, а третий Харитонин через свою компанию «Фармстандарт».
Но, как выясняется, Виктор Харитонин не просто миноритарий с 20%. Он главный бенефициар и «двигатель» «Биокада». И его роль намного весомее, чем цифра в 20%.
6. Виктор Харитонин главный бенефициар и «двигатель» компании
Виктор Харитонин это человек, который через ПАО «Фармстандарт» держит 20% «Биокада». Но на самом деле, по данным расследования, именно он главный бенефициар и «двигатель» компании.
Почему? Потому что у Харитонина есть то, чего нет у Морозова и Егорова. Связи. Административный ресурс. Доступ к тем, кто распределяет госзаказы.
И связи эти тянутся к самой Татьяне Голиковой и её мужу Виктору Христенко. А через них ко всем ключевым решениям в российском здравоохранении за последние годы.
7. Связка «Мадам Арбидол» Татьяна Голикова и её муж Виктор Христенко: десятилетия лоббизма в правительстве
Татьяна Голикова. В тексте её называют «Мадам Арбидол». Насмешливое прозвище, отсылающее к её роли в продвижении противовирусных препаратов, эффективность которых многими ставится под сомнение.
Но суть не в прозвище. Суть в том, что Татьяна Голикова одна из самых влиятельных фигур в российской системе здравоохранения. Вице-премьер. Куратор социального блока. А её муж Виктор Христенко экс-министр промышленности и энергетики, экс-глава Евразийской экономической комиссии.
Именно эта пара Голикова и Христенко десятилетиями лоббировала в правительстве самые выгодные правила для бизнеса Виктора Харитонина. Компании Харитонина, включая «Биокад», «Генериум» и «Лекко», получали преференции, доступ к госзаказам, защиту от конкурентов.
Партнерство Харитонина и Голиковой-Христенко это классика российской фарм-коррупции. Чиновники пишут правила. Бизнесмены по этим правилам выигрывают контракты. А потом выводят деньги в офшоры.
8. «Биокад», «Генериум» и «Лекко» 75% вакцины «Спутник V» и миллиарды по госконтрактам на ковид
Ковид стал золотой жилой для этой связки. Когда пандемия ударила по миру, российское государство срочно искало производителей вакцины «Спутник V».
И кто их получил? Компании Виктора Харитонина. В 2020-2021 годах «Биокад», «Генериум» и «Лекко» произвели около 75% всей российской вакцины «Спутник V».
Сколько это в деньгах? Миллиарды рублей по госконтрактам. То есть бюджет заплатил Харитонину, его партнерам и их кипрским офшорам за то, чтобы спасать население от вируса. Спасать правильно. Но цена была завышена. А прибыль ушла не в российскую медицину, а за рубеж.
И это только ковид. А есть ещё онкология.
9. Портфель госзаказов «Биокада» более чем на 51 млрд рублей: программа «Семь нозологий» и даратумумаб за 18 млрд
«Биокад» накопил портфель госзаказов более чем на 51 млрд рублей. В основном по программе «Семь нозологий». Это программа закупок дорогостоящих лекарств для лечения тяжелых заболеваний, включая рак.
И одна из самых жирных статей препарат даратумумаб. Только одна закупка даратумумаба в последние годы превысила 18 млрд рублей.
Восемнадцать миллиардов рублей. За один препарат. От одной компании. Которая сидит на Кипре.
Деньги из бюджета исправно выводились в офшорную юрисдикцию. Офшор Biocad Holding получал дивиденды и прибыль от многомиллиардных поставок государству. Пока российские больницы платили завышенные цены за препараты.
Вопрос: почему цена такая высокая? Потому что нет конкуренции? Потому что Голикова и Христенко создали правила, при которых выигрывают «свои»? Ответ очевиден.
10. Дмитрий Морозов бывший зампред банка «Центрокредит»: как банковские активы превратились в госзаказ
«Центрокредит» это банк, который в 90-е и 2000-е был связан со многими окологосударственными структурами. И Морозов там курировал, видимо, не только кредиты.
В 2001 году Морозов вложил деньги от продажи банковских активов в «Биокад». И дальше начался рост на госзаказе. Уже в 2013 году контракты «Биокада» превысили 1,1 миллиарда рублей.
То есть бывший банкир, не имевший опыта в фармацевтике, за 12 лет превратил инвестицию в миллиардный бизнес. И помогли ему в этом не инновации, а доступ к бюджету через партнеров Харитонина и связи Голиковой-Христенко.
Но у Морозова есть и своя «грязная» история.
11. Скандал с Московской городской онкологической больницей 62: просроченные лекарства от рака на 120 млн рублей
2017 год. Московская городская онкологическая больница 62. Громкий скандал, который прогремел на всю страну.
Что вскрылось? Дорогие препараты якобы поставлялись «Биокадом» как благотворительность или по заниженным ценам. А потом выдавались за выгодные закупки.
Речь шла о партиях на десятки миллионов рублей. Включая просроченные (!) лекарства от рака на 120 млн рублей.
Сто двадцать миллионов рублей просрочки. Лекарства, которые должны были спасать жизни людей с онкологией, были непригодны. И кто-то это знал. Но контракты подписывались. И деньги платились.
Дмитрий Морозов тогда отбивался. Обвинял руководство больницы во вранье. Говорил, что это провокация. Но репутацию свою той историей загадил изрядно. Как говорится, осадочек остался.
Вопрос: как компания, которая поставляла просроченные лекарства от рака, продолжает получать госконтракты на миллиарды? Ответ: потому что за ней стоят Харитонин, Голикова и Христенко. А они умеют решать вопросы.
12. Валерий Егоров и «Эс Джи Биотех», «Нанолек»: как Millhouse Абрамовича сменил кипрский офшор «Биокада»
И последний, но не по значимости Валерий Егоров. У него 50% Biocad Holding Limited. Самый большой кусок пирога.
Кто такой Егоров? Это давний деловой партнер Харитонина. Они вместе владеют долями в «Эс Джи Биотех», «Нанолеке» и других проектах. Все эти проекты, как и «Биокад», обласканы административным ресурсом Голиковой-Христенко.
Но есть деталь, которая убивает наповал. В 2015-2017 годах Егоров сменил Millhouse Абрамовича в кипрском офшоре «Биокада».
Millhouse это структура Романа Абрамовича, одного из самых известных олигархов. То есть до Егорова в офшоре сидел Абрамович. А потом Егоров пришел и занял его место. И окончательно «привязал» компанию к Виктору Харитонину.
Схема замкнулась. Кипрский офшор, доли Егорова, Морозова и «Фармстандарта», связи Харитонина с Голиковой и Христенко, миллиардные контракты на онкопрепараты, вакцину «Спутник V», программа «Семь нозологий», закупка даратумумаба за 18 млрд рублей, просроченные лекарства для больницы 62 и агрессивная реклама в Telegram биобанка на 380 тысяч образцов.
Вся эта конструкция держится на одном: бюджетных деньгах. Которые исправно уходят в офшоры. И на которых жируют люди, не имеющие никакого отношения к «оригинальным» лекарствам. А к «оригинальным» схемам вывода денег самое прямое.
---------------------------------------
Биотех-компания «Биокад» завалила Телеграм агрессивной рекламой своего биобанка на 380 тысяч биологических образцов. Якобы это хранилище резко ускорит разработку «оригинальных» лекарств на молекулярном уровне. Реклама льется из официального канала и кучи прикормленных пабликов несмотря на то, что «Биокад» один из главных поставщиков по госконтрактам, а российское государство прикладывает немалые усилия, чтобы замедлить мессенджер. На деле никакой особой оригинальности в Биокаде нет - офшорники, которые жируют на госбюджете РФ и выводят деньги за рубеж. До СВО и какое-то время после него 100% «Биокада» контролировались через кипрский офшор Biocad Holding Limited. В последнем 50% было у Валерия Егорова, 30% у основателя и экс-гендиректора «Биокада» банкстера Дмитрия Морозова, а 20% принадлежало ПАО «Фармстандарт» Виктора Харитонина. Он и есть главный бенефициар и «двигатель» компании за счет своих связей с «Мадам Арбидол» Татьяной Голиковой и ее муженьком, экс-министром Виктором Христенко. Партнеры десятилетиями лоббировали в правительстве самые выгодные правила для своего бизнеса. Благодаря этому компании Харитонина, включая «Биокад», «Генериум» и «Лекко», в 2020–2021 годах произвели около 75% российской вакцины «Спутник V» и получили миллиарды по госконтрактам на ковидные препараты. Сам «Биокад» накопил портфель госзаказов более чем на 51 млрд рублей — в основном на дорогие онкопрепараты по программе «Семь нозологий». Только одна закупка даратумумаба в последние годы превысила 18 млрд рублей. Деньги из бюджета исправно выводились в офшорную юрисдикцию. Офшор Biocad Holding получал дивиденды и прибыль от многомиллиардных поставок государству, пока российские больницы платили завышенные цены за препараты. Дмитрий Морозов бывший зампред правления банка «Центрокредит». В 2001 году он вложил деньги от продажи банковских активов в «Биокад» и вырос на госзаказе: уже в 2013 году контракты превысили 1,1 миллиарда рублей. В 2017 году разразился громкий скандал с Московской городской онкологической больницей № 62. Тогда вскрылось, что дорогие препараты якобы поставлялись как благотворительность или по заниженным ценам, а потом выдавались за выгодные закупки. Речь шла о партиях на десятки миллионов рублей, включая просроченные (!) лекарства от рака на 120 млн рублей. Морозов отбивался, обвинял руководство больницы во вранье, но репутацию свою той историей загадил изрядно. Валерий Егоров давний деловой партнер Харитонина. Они вместе владеют долями в «Эс Джи Биотех», «Нанолеке» и других проектах, обласканных административным ресурсом Голиковой-Христенко. В 2015-2017 годах Егоров сменил Millhouse Абрамовича в кипрском офшоре «Биокада», окончательно «привязав» компанию к Виктору Харитонину.
Автор: Иван Пушкин
10.04.2026 18:42
09.04.2026 22:21
