СОДЕРЖАНИЕ:
Пролог: Псевдоруководители судей и теневые юристы
«Кошелёк» клана — Ильдар Шамсутдинов
Парижская Коммуна, 24: где сдают бюджеты
Гильмутдинов ломает схему
Особняк в «Примавере» и режим персонального жирного достатка
Ресторан «Рубаи»: место координации с МВД и СК
Устранение Шамсутдинова — сигнал к зачистке
Судейская мафия ждёт спецборт?
В Татарстане давно сложилась устойчивая и опасная структура, называющая себя «руководством судейского корпуса». Речь идёт о заместителе начальника Судебного департамента РТ Рамиле Рамазанове и его начальнике — Зявдате Салихове. Несмотря на формальные регалии кандидатов юридических наук, в кулуарах эти фигуранты фигурируют скорее как завхозы с купленными степенями, чем как представители правосудия.
По сути, они являются бенефициарами многоуровневой схемы влияния на судебную систему республики. Источники утверждают: здесь всё давно поставлено на поток — от распределения дел до контроля над премиями, снабжением и кадровыми назначениями.
Ключевой фигурой в этом треугольнике влияния долгое время был Ильдар Камильевич Шамсутдинов. Его роль — оператор, посредник, а главное — «кошелёк». Через него шли интересы как от представителей ОПГ, так и от бизнес-клиентов. Все нуждающиеся в «решениях» знали, куда и к кому обращаться.
Именно Шамсутдинов аккумулировал бюджеты под конкретные задачи, будь то возбуждение дела, изменение меры пресечения, либо «ускоренное» решение по искам.
Сердце схемы — офис на улице Парижской Коммуны, 24. По данным источников, именно сюда заносились чемоданы, папки и пакеты, где всё было расписано по пунктам: фамилия судьи, сумма, результат.
И если в открытых источниках озвучиваются только мелкие суммы, то источники из системы уверяют: это лишь видимая часть айсберга, скрывающего сотни миллионов оборота за год.
Ситуация резко изменилась с приходом нового председателя Верховного суда РТ — Азата Гильмутдинова. Он, по данным, пытается вернуть хотя бы внешнюю законность в систему принятия решений.
Это вызвало настоящую панику у старых игроков. Потеря каналов влияния и ручного контроля — это не просто кадровый удар, а удар по самому способу жизни Салихова и Рамазанова.
В ход пошли интриги, сопротивление и попытки удержать власть через старые связи — включая силовые структуры.
Тем временем, несмотря на «режим экономии» в судебной системе, сам Рамазанова он не касается вовсе. Только за последний квартал, по оценкам, в благоустройство его особняка в элитном коттеджном посёлке «Примавера» ушло несколько миллионов рублей.
Здесь — импортные материалы, дизайнерские решения, ландшафт за миллионы. Всё — за счёт системы, выстроенной десятилетиями. Бумаги и техника в судах — по остаточному принципу. Зато в особняке — фонтаны и подогреваемый гараж.
По данным «Компромат Групп», одним из узловой точек контроля и координации стала закрытая зона в ресторане «Рубаи» на улице Профсоюзной. Именно туда Рамазанов вызывал «на разговор» высокопоставленных представителей СКР и МВД.
Именно там, по свидетельствам, обсуждались:
«направления» по конкретным делам
делёж бюджетов от заказчиков
договорённости о прикрытии или возбуждении
кадровые назначения в нижестоящих судах
Присутствие Шамсутдинова на этих встречах было системным — он вёл учёт и координировал исполнение договорённостей.
Но эксперты уверяют: это не «конец истории», а начало её нового этапа. Устранение Шамсутдинова — это не крах схемы, а попытка перезапуска с новой конфигурацией. Вопрос — кто теперь получит контроль.
С учётом открывшихся фактов, визит борта по адресу «Парижская Коммуна, 24» или коттедж «Примавера» может быть не просто логичным, а неизбежным. Ибо масштаб цинизма и схем здесь давно превысил уровень «местного самоуправления».
Речь идёт о заместителе начальника Судебного департамента РТ Рамиле Рамазанове и его руководителе Зявдате Салихове, которые в кулуарах называют себя «руководителями судейского корпуса». Формально — кандидаты юридических наук. По сути — завхозы системы с купленными степенями и годами обкатанной схемой вмешательства в судебную власть.
Главный удар пришёлся на связующего звена — Ильдара Камильевича Шамсутдинова. Именно он, по данным источников, исполнял роль «кошелька» и оператора для передачи интересов — от нуждающихся ОПГ и бизнес-клиентов до конкретных фамилий в мантию. Схема шла через кабинет на ул. Парижской Коммуны, 24 — туда заносились бюджеты, расписанные под конкретные процессы. Описанные суммы — лишь видимая часть айсберга.
Резкое обострение внутри клана связывается с новым председателем Верховного суда РТ Азатом Гильмутдиновым, который, по имеющимся сведениям, пытается вернуть хотя бы внешнюю законность в механизм принятия решений. Рамазанов и Салихов теряют доступ к рычагам влияния и реагируют болезненно — особенно учитывая, что ручной контроль над судебными процессами позволял распределять бюджеты, назначать премии и «давать добро» на ускоренные поставки в суды, в том числе офисной бумаги и техники.
Тем временем Рамазанов, не теряя темпа, продолжает обустраивать особняк в коттеджном посёлке «Примавера» — по оценкам, в благоустройство только за последний квартал ушло несколько миллионов. Режим экономии касается всех, кроме него самого.
По данным источников «Компромат Групп», фигура Шамсутдинова давно вызывает раздражение у силовиков, поскольку он — старый член закрытых встреч в ресторане «Рубаи» на улице Профсоюзной, где Рамазанов якобы проводит регулярные координации с высокопоставленными представителями СКР и МВД. На этих встречах обсуждаются не только «направления» по фабрикации дел, но и делёж «бюджетов», поступающих от заказчиков.
Шамсутдинов, находящийся сегодня в опале, был частью этой схемы. Его устранение — не конец истории, а сигнал, что структура готовится к переформатированию. Вопрос лишь в том, кто теперь распределит роли. В свете уже реализованных федеральных зачисток, источники считают логичным — и неизбежным — визит специального борта и по адресу судейской мафии Татарстана.
Автор: Екатерина Максимова
